– А он что?

– Говорит, такого конфликта, как этот, нет больше ни у кого.

Лорен несла к машине очередную пару чемоданов. Она посмотрела в затянутое тучами серое октябрьское небо, и с тоской подумала, что вот-вот хлынет дождь. Или пойдет снег.

Она вошла в дом, оставив приоткрытой дверь, чтобы распахнуть ее ногой, когда руки будут заняты чемоданами. Ноги промокли – она то и дело наступала в лужицы на тротуаре. Нагнувшись, Лорен сбросила свои парусиновые кеды. Она собиралась вести в них машину всю дорогу до Миссури, поэтому кеды следовало высушить как можно скорее.

Девушка понесла их на кухню, поставила в духовку и включила нагрев, оставив дверцу духовки открытой.

В спальне наверху Лорен надела другие туфли, а затем закрыла последний чемодан. Осталось написать записку Филиппу Уитворту, и можно ехать. Слезы жгли ей глаза, и она с досадой утерла их кончиками пальцев. Взяла чемодан и понесла вниз.

Лорен была уже в гостиной, когда услышала за спиной шаги. Кто-то шел со стороны кухни. Девушка поспешно обернулась и застыла на месте, когда из кухни вышел Ник. Выражение его лица, стальной блеск глаз не обещал ничего хорошего.

Сердце тревожно екнуло: Ник узнал про Филиппа Уитворта!

В панике уронив чемодан, Лорен попятилась. Наткнулась в спешке на подлокотник дивана, потеряла равновесие и неловко повалилась навзничь на подушки."

"Его глаза насмешливо блеснули. Ник смотрел на красавицу, которая растянулась поперек дивана так, будто приглашала прилечь рядом.

– Очень многообещающе, дорогая, но я бы сначала поел. Что можешь предложить – кроме сгоревших кед?

Лорен поспешила вскочить на ноги. Несмотря на насмешливый тон, его зубы были крепко стиснуты, и напряжен каждый мускул сильного тела.

Лорен предусмотрительно отошла подальше.

– Стой смирно, – мягко приказал он.

Лорен замерла.

– Почему… Ведь ты сейчас должен обсуждать международную торговлю. Почему ты здесь?

– Хороший вопрос, – усмехнулся он. – Я задавал его себе, когда бросил семерых очень занятых мужчин, которым требовался мой голос по делу первостепенной важности. И по дороге сюда, когда сидящую рядом со мной в самолете женщину начало тошнить. До сих пор ломаю голову!

Лорен сдавленно рассмеялась. Ник был вне себя и очень напряжен.

– Я задавал себе этот вопрос, – продолжал Ник, подходя ближе, – когда буквально выволок за шиворот из такси одного почтенного старичка, чтобы сесть самому – я боялся, что приеду слишком поздно.

Лорен пыталась угадать, в каком же он настроении, но безуспешно.

– Итак, ты здесь, – сказала она неуверенным голосом. – Что тебе нужно?

– Мне нужна ты.

– Я уже сказала…

– Я помню, что ты сказала, – нетерпеливо перебил Ник. – Ты сказала, что я для тебя слишком стар и циничен. Так?

Девушка кивнула.