– И что? – рявкнул он.

– Так вот зачем я звоню. Хотелось бы знать, правильно ли, если он начнет работать в ноябре, или пусть ждет до января, как мы обсуждали ранее…

– Просто не верится! – в ярости перебил Ник. – Какая мне разница, когда он начнет работать, черт подери, и ты это знаешь! Пятнадцатое ноября – прекрасно. Что еще?

– Да почти все, – невозмутимо ответил Джим. – Как погода в Чикаго?

– Ветрено! – прорычал Ник. – Помоги тебе бог, если ты вытащил меня с совещания ради того, чтобы…

– Ладно-ладно, извини. Я тебя больше не задерживаю.

Ах, да. Лорен уволилась сегодня утром.

Эта новость была для Ника, как удар по лицу.

– Я поговорю с ней в понедельник, когда вернусь.

– Не получится – она увольняется немедленно. Кажется, завтра она собирается ехать в Миссури.

– Похоже, ты начинаешь терять форму, – едко заметил Ник. – Обычно они все в тебя влюбляются, и тебе приходится переводить их в другие отделы, чтоб не мозолили глаза. Лорен избавила тебя от трудов.

– Она не влюблена в меня.

– Это твои проблемы, не мои.

– Нет, черт тебя подери. Ты хотел поиграть с ней в постельные игры.

А когда она отказалась, заморил ее работой до полусмерти. Она тебя любит, а ты заставил ее принимать звонки от других баб, заставил ее…

– Мне нет никакого дела до Лорен, черт возьми. И я не собираюсь обсуждать ее с тобой.

Швырнув трубку на рычаг, Ник вернулся в конференц-зал. Остальные семеро воззрились на него с тревогой и укоризной. По взаимному уговору никто не должен был отвечать на телефонные звонки – разве что в случае исключительной срочности. Ник сел за стол и бросил отрывисто:

– Прошу прощения.

Моя секретарша ошибочно преувеличила важность одного дела и решила позвонить."

"Ник пытался сосредоточиться на обсуждаемых деловых вопросах, выбросив из головы все прочее. Но перед его мысленным взором вставали картины, одна за другой. Вот Лорен смеется, ее голова запрокинута к солнцу, а ветерок играет ее волосами, пока они плывут на лодке по озеру Мичиган…

Посреди жаркой дискуссии о маркетинговых правах ему вспомнилось, как он взглянул тогда в ее прекрасное лицо:

«Что со мной будет, если туфелька подойдет? – Я превращу вас в симпатичного лягушонка».

Не в лягушонка… Лорен превратила его в одержимого маньяка! Две недели кряду он сходил с ума от ревности. Каждый раз, когда у нее звонил телефон, он прислушивался – что за любовник ей названивает? Стоило кому-нибудь из мужчин в офисе взглянуть в ее сторону, как у него возникало желание выбить бедняге зубы…

Завтра девушка уедет. И в понедельник он ее уже не увидит. Так лучше для них обоих. Так лучше для его корпорации, пропади она пропадом.