— Саша, ты кого пригласил! Там же бандюга настоящий стоит. Горилла! Я помню, как-то раз с ним в автобусе ехала. Так все там дрожали от страха.

Поняв, про кого она говорит, улыбнулся.

— Наталья Петровна, не переживайте, это наш будущий вышибала.

Пройдя к задним дверям, я уверенно открыл запор. Директорша, благоразумно, спряталась за мной, когда в двери шагнул гигант, похожий на юного Валуева. Его лицо пересекал уродливый шрам, а уши были в старых переломах За ним зашел еще один здоровяк, на голову ниже, но в плечах почти такой же.

По моему Наталья Петровна была близка к обмороку.

Тут гигант добродушно прогудел:"

"— Санек, ты, действительно, тут работаешь? А то я шел и все сомневался, может, кто-то так надо мной пошутил? А где Геныч? Он сегодня не работает?

Это был наш супертяжеловес, борец классик Вова Сякин. Абсолютно бесталанный, добродушный увалень. Наш тренер большей частью возил его на соревнования для морального подавления соперников, что часто удавалось. Увидев такого громилу, многие теряли самообладание.

Звонком мне посчастливилось его застать на тренировке. Когда я кинул взгляд на его спутника, мастера спорта по вольной борьбе Рифата Зиганшина, Сякин развел руками.

— Понимаш, Риф слышал наш разговор и увязался за мной, он тоже не прочь подработать вышибалой. Ты уж прости меня, балбеса. Мы еле-еле у Лебедева отпросились. Сам знаешь, он с тренировок никого не отпускает, мы отговорились, что тебе помощь нужна.

Наталья Петровна, слушая наш разговор, расцветала на глазах.

— Мужчины, вы, действительно согласны работать у нас? — спросила она, придя в себя.

Рифат задумчиво почесал лысеющий затылок.

— Это, дамочка, будет зависеть от зарплаты…

Ну, товарищи, — уже бодро продолжила она, обретя уверенность, что ее никто не собирается убивать, или насиловать. — Вы сможете работать через день, ужинать за символическую оплату,а насчет заработной платы, я подумаю, из каких ставок буду ее платить. Сами понимаете, официально вы будете совсем не вышибалами. Так, что прошу вас подойти завтра в удобное для вас время

Когда мы остались втроем,Вова спросил:

— А сейчас, что от нас требуется?

— Да ничего особенного, тут парнишки совсем края потеряли. Надо их в себя привести.

Сякин ухмыльнулся.

— Интересно сказанул, края потеряли. Никогда не слышал. Ну, пошли. Найдем им края и все остальное.

Когда в зал из дверей зашел хмурый Вова Сякин и, остановившись, обвел взглядом сидевших в нем посетителей, все разговоры разом оборвались.

Вова, аккуратно отодвинув люстру в сторону, прошел в зал, цепляя потолок бритой макушкой, и гулким басом спросил:

— Санек, так, кто тут шумел?

Те, на кого падал взгляд его, изуродованного шрамом лица, быстро опускали головы, надеясь, что шумел кто-то другой.