— Лучше выходите за него замуж и уезжайте в столицу. Вам двоим будет без меня лучше.

Но эта Шель — не Бранд и даже не мой опекун. Утешать она не стала, терпеть тоже. Первую дерзость там, в холле, спустила, а сейчас размахнулась и влепила мне пощечину. Звонкую и болезненную. Истерика улетучилась в момент. Я вскрикнула и схватилась за пылающую щеку.

— Готова слушать? — вполне миролюбиво осведомилась противная тетка.

— А если нет? — буркнула я. — Продолжите избивать?

— Нет, но в планах есть холодный душ и успокоительное, — невозмутимо отозвалась она. — И потом ты все равно меня выслушаешь, даже если мне придется привязать тебя к стулу и сунуть в рот какую-нибудь гадость.

Смотрю, она настроена решительно. И глаза блестят, как у чокнутой. С такой лучше не спорить.

Я медленно кивнула. Пусть говорит.

— Твоя тетка обратилась в Королевский Суд с требованием передать опеку над тобой ей, — говорила госпожа Шель четко и по существу. — Сегодня Маркусу пришло извещение.

Действия Виолы оказались неожиданно решительными, учитывая, что она так и не попыталась встретиться со мной.

— Это не проблема, — выдавила я.

 — Еще вчера отправила ей письмо и…

— Огромная проблема! — не согласилась Тайс. — Не дай тебе Свет угодить в лапы этой женщины. Поверь, я знаю, о чем говорю.

Выглядела она непривычно эмоциональной и даже не такой серой, как обычно. Но у меня по поводу происходящего имелось свое собственное мнение.

— Пора уже покончить с семейными дрязгами, вам не кажется? Дед поступил с ней несправедливо.

— Твоя мама тоже так считала…

— Вот видите! — я с трудом удержалась от того, чтобы торжествующе хлопнуть в ладоши."

"— И тайком от мужа и свекра помогала ей и ее маленькой дочке, пока ее любовник гулял по кабакам.

Думаешь, Виола была благодарна? О, поначалу она притворялась, конечно же. Все заискивала, сыпала благодарностями… А потом, когда нашла ее в очередной раз в синяках, Леонелла помогла ей сбежать от этого урода. К нам с Эдиттой, сюда, в Академию Шаяны. Дала письмо и денег на дорогу.

Замолчав, она перевела дыхание. В темноте лицо собеседницы было видно плохо, но мне почему-то показалось, что ей нелегко вспоминать о событиях давно прошедших дней.

И в следующую минуту я узнала, почему так.

— Но Виола поступила очень подло, — она сделала над собой усилие и продолжила говорить: — Разыграла тут целый спектакль, притворилась заблудившейся и ограбленной, а потом…

— Забрала у тебя магию? — я сказала за нее самое болезненное, а потом вдруг коснулась безвольно лежащей на коленях руки. — Я слышала эту историю в городе, не надо рассказывать. Только объясни, как такое вообще возможно?

Из груди женщины вырвался вздох облегчения.

— Один древний ритуал.