Наверное, я развеселила его своей наивностью и некомпетентностью.

– Сейчас мне предлагают двести тысяч. Рублей, конечно, но подумайте, как оно выросло в цене! И с годами будет дорожать еще, поверьте мне.

– Да-а… – протянула я восторженно.

– Надеюсь, такие вложения вы сделать в состоянии?

– Такие – пожалуй…

– Тогда, если надумаете купить что-нибудь старинное и уникальное, так сказать раритет, обращайтесь ко мне, – предложил Светозар.

– У вас есть антикварный магазин? – удивилась я.

– У моего друга.

Это было сказано так наигранно небрежно, но подтекст был однозначный: знайте, мол, какие у меня друзья! Не так себе, не хухры-мухры, а антиквары!

– Светозар, а вы не боитесь носить такой дорогой перстень? Все-таки двести тысяч…

Античный бог посмотрел на меня снисходительно.

– Я ничего не боюсь, – сказал он без тени скромности. – А если уж носить что-то, то исключительно добротное или уникальное. Вот сколько, по-вашему, стоит моя рубашка?

Я внимательно рассматривала его льняной хитон. Не оплошать бы снова. Назову на всякий случай цену побольше.

– Пятьсот рублей.

– Почти угадали. Восемьсот. Вы посмотрите, какое качество! Строчка ровная… Посмотрите, какие швы… Это же настоящая Польша, не подделка. А материал? Чистый лен. На теле почти не ощущается.

– У вас, Светозар, наверное, родители богатые. Вон как вас одевают! Да и перстень…

– Эля, вы можете мне не поверить, но мои родители из деревни, и они очень бедны. Перстень… Да, это наследство отца, но это все, что у него было ценного. А обеспечиваю я себя сам. И учебу в институте оплачиваю, и квартиру снимаю, которую вы видели… Да и кормлю себя давно сам.

– У вас тоже свое дело? – спросила я, наивно хлопая накладными ресницами.

– Можно сказать и так. Только не спрашивайте, какое, мой бизнес полулегален. Конечно, я не торгую наркотиками, просто помогаю другу-антиквару вести его дела.

Знаю я, какие твои дела. Тянешь деньги с богатой дамочки, ублажая ее в постели, – вот и весь твой бизнес.

Мы посидели еще немного, поговорили о драгоценных камнях, старинных украшениях и тому подобном. Потом Светозар расплатился, мы вышли из кафе.

– Эля, вы сейчас куда намерены пойти?"

"– Вообще-то мне надо смотаться кое-куда по делам…

– Что значит «вообще-то»? Можете не мотаться?

– Нет, надо кое-куда съездить. Дела…

– Понятно. А я хотел пригласить вас к себе… на чашечку кофе.

– Неужели? – «удивилась» я.

– Эля, только вы не подумайте, я…

– Уже подумала! Пригласили девушку в кафе, так теперь думаете, что можно ее и в койку затащить?! Извините, я не из таких! А если вы считаете, что напрасно накормили меня, так я могу и деньги вернуть!

С этими словами я полезла в сумочку.