— Ты хочешь пойти на… свидание? — он добавляет едва слышное блять, смотрит на небо, разминая голову из стороны в сторону, его шея хрустит, будто просто произнести слово на букву «с» для него уже достаточно больно.

Что лишь напоминает мне, свидание впустую потратит время — мое и его.

— Я не хочу идти с тобой на свидание только для того, чтобы в конце ты меня трахнул, а потом смотреть на то, как ты идешь по городу с очередной прилипшей к тебе девушкой. Не хочу чувствовать себя использованной и брошенной.

Простого нет было бы достаточно — это я и хотела сказать, когда открыла рот.

Вместо этого я проблевалась на него всей своей словесной рвотой и поставила себя в неловкое положение, показав, как легко ему было бы причинить мне боль.

Тем не менее, это правда. На данный момент я не знаю его достаточно хорошо, чтобы сделать другой выбор. Картер не скрывал своих намерений. Он не только честно говорит о желании затащить меня в постель, но и с гордостью раскрывает подробности своей личной жизни всем газетам. Что я должна думать, когда он сам решает что сказать, и на фоне этого выглядит как казанова?

— Мне жаль.

Я не хотела быть нетактичной. Просто…

— Это все, что ты обо мне знаешь. Не нужно извиняться, — Картер проводит большим пальцем по моим костяшкам, и я смотрю за тем, как он обводит каждый. — Значит, ты не хочешь общаться, но и встречаться тоже? Кажется, я немного запутался.

— Все в порядке, — настаиваю я, возможно, немного резко. — Единственный человек, который должен понимать мои решения — я сама. Ты можешь быть с кем захочешь, Картер.

Он натянуто смеется, длинные пальцы касаются его острой челюсти.

— Очевидно, не могу, — он показывает на меня размашистым движением руки. — Потому что хочу я тебя.

— Не хочешь же ты реально пригласить меня на свидание. Тебе так кажется только потому, что я тебе отказала, а ты к этому не привык. Это адреналин от охоты на меня.

Он кусает свои губы.

— Сначала я тоже так думал, но теперь не так сильно в этом уверен, — он лениво поднимает плечи. — Кто знает, может я идеально тебе подхожу.

Я слышу эти слова и изо всех сил пытаюсь сосредоточиться на них, но это невозможно.

Я зажмуриваюсь, когда начинаю ржать.

— Прости. Я знаю, что это серьезный разговор, но у тебя на лице этот чертов снеговик.

Картер наклоняет голову, прикрывая улыбку рукой, касается рта и снова смотрит на меня.

— Может, ты останешься на зажжение елки? Нам же так весело. Нет смысла останавливать это сейчас. Я закажу тебе «Убер» до дома, и ты не будешь беспокоиться о том, что может случиться, если мы останемся вдвоем в темной машине.

— Я не волную…

— Волнуешься. У тебя все на лице написано, Олли.