Она опустилась в кресло напротив Сигны. Выдохнула.

Поздравляю. Ты справилась с самой элементарной задачей, — горько подумала она.

Она бросила взгляд на королеву. Они сидели в креслах с высокими спинками у позолоченного очага, между ними стоял стол с двумя пустыми чашками и приборами для роа. Над ними висела роскошная люстра, в которой горели сотни свечей; вкупе с сиянием из очага, они заливали всё золотистым светом.

Сама королева была облачена в привычное белое элегантное платье из загадкианского шёлка. Знаменитые волосы норваландцев цвета белого золота были заплетены назад, подчёркивая её фарфоровую кожу, гладкую, как лепесток снежного цветка. А глаза Сигны были такими ледяными, что Сага чувствовала их холод на коже.

На самом деле Сигне едва исполнилось тридцать с небольшим, разница с двадцатидвухлетней Сагой была такой, что они могли бы показаться кому-то сёстрами, а не приёмной матерью и дочерью. Хотя сказать, что Сигна относилась к Саге по-матерински, было бы преувеличением. Вместо этого была терпимость. Включение в свой круг. Но не любовь. И уж точно не нежность. Когда-то Сага отчаянно стремилась к одобрению Сигны. Хотела… чего-то.

Теперь же, вспоминая то своё рвение, она испытывала лишь стыд. Королева осыпала любовью своих сыновей и дочь, как медведица своих медвежат. И Сага годами пыталась понять, в чём провинилась, чтобы заслужить лишь холодное равнодушие. В каком-то смысле ей было бы проще, если бы Сигна её просто ненавидела.

— Сага, — сказала королева, в голосе зазвенел лёд. — Посмотри на меня, дорогая.

Улыбка Саги была такой натянутой, что невольно она подумала, что ее лицо может треснуть, когда заставила себя выдержать взгляд королевы. Синие, почти прозрачные глаза Сигны медленно скользнули по лицу Саги, затем вниз, по платью. Королева выдохнула, и Сага внутренне сжалась.

— У тебя были проблемы со сном? Ты выглядишь уставшей, Сага.

Ты можешь прекратить пялиться на меня прямо сейчас, — подумала она, но вслух сказала:

— Да, Ваше Высочество.

Сигна махнула рукой, и подскочил виночерпий, наливая в чашки напиток от которого исходил пар. Сигна положила ложку мёда, подула на чашку и, не отводя взгляда от Саги, сделала глоток. Королева умела говорить тысячу вещей, не произнося ни слова. И сейчас стало ясно, что Сага не оправдала ее ожиданий.

Что не так? Сага тронула волосы, ища выбившуюся прядь, но тут же остановилась. Глупо было надеяться, что причина недовольства так проста.

Наконец Сигна заговорила:"

"— Сага, я дала тебе время. Но моё терпение иссякло. Твои… проблемы — она отмахнулась, как от чего-то мелочного, — не решатся, пока ты прячешься в своих покоях.

Колено Саги затряслось так сильно, что каблук застучал по полу.