Он удирает, но у него сползают шорты, приходится их придерживать рукой. Задницу видно».

«А где Дзено?»

«Выглядывает из-за дерева, со смеху помирает».

«А Ишио все еще стоит за сараем?»

«Я не знаю».

Джербер тут же вспомнил эксперимент, проведенный несколько недель назад, когда старые друзья, выражая протест и недоверие, нехотя попытались воспроизвести тот же ход событий. Кузен без пререканий пошел на сотрудничество, вот только память его подвела.

«Карлетто запятнали! – возгласил Пьетро из прошлого. – Теперь восковых больше, чем живых!»

Он до сих пор помнил, что самое интересное начинается, когда преимущество на стороне восковых. Так было и тогда.

«Данте, Этторе, Карлетто и Джованноне молча переглядываются: нужно поймать Дебору, а она бегает быстрее всех, недаром самая высокая. Замечают ее за кучей веток и листьев, и она выпрыгивает, словно пума. Мальчишки бегут за ней, но запятнать не могут. Бегают как сумасшедшие, спотыкаются, устали уже. А она смеется, дразнится. Слабаки, говорит, так вам и надо, и все время меняет направление, а мальчишки бесятся. Пока не окружают ее вчетвером, и Джованноне прыгает на нее, будто ныряет в море, солдатиком».

«Дзено все еще с вами?»

«Нет… Я больше не вижу его…» – говорит одиннадцатилетний Пьетро с легким смятением в голосе.

«Но ты знаешь, где он, правда?»

«Нет, не знаю», – повторяет Пьетро, уже раздраженно.

«А я вот уверен, что знаешь».

«Нет!» – Пьетро стоит на своем.

«Этого не может быть. Ты непременно должен видеть его».

Того же мнения придерживался Пьетро Дзанусси.

Ты сидел наверху, перед окном, с ногой в гипсе… Возможно ли, что ты оттуда ничего не видел, ничего не слышал?

Тем временем отец сделал паузу. «Знаешь, Пьетро, иногда мы что-то видим и сами того не осознаем. Наш разум осознает. У разума глаза более зоркие». Примерно такими словами сам Джербер уговаривал Эву нарисовать портрет воображаемого друга. «Но разум нам не повинуется, – продолжает синьор Б. – Он прячет информацию в дальний угол, куда трудно добраться. И мы с тобой сейчас должны сделать усилие, чтобы ее добыть».

На записи послышался детский плач. «Я не знаю… Честное слово, не знаю…»

«Ну же, Пьетро, сделай усилие: вернись в тот момент, когда восковые человечки гоняются за Деборой… Ты увлечен игрой, но, если хорошенько сосредоточишься, наверняка получится различить, где посреди этой сутолоки находится Дзено…»

Прошло несколько секунд. «Вижу, – сказал Пьетро. – Да, я вижу его, – повторил он, почти ликуя. – Но зачем он туда идет? – спросил он, недоумевая, а потом вскрикнул предостерегающим тоном: – Погоди, постой… Куда ты?»

«Куда он идет?» – не отставал синьор Б.

«К кустам в глубине сада».

Сидя в своем внедорожнике, Джербер вдруг ощутил полное бессилие. Будто черная дыра в памяти.