И когда тот приехал навестить деда, пришлось нам с ним познакомиться.

Про Камиля я слышал. Немного. Но все эти слухи давали понять, что держаться от него стоит подальше.

Однако у судьбы были другие планы.

Тагаев загнал меня в угол и заставил рассказать, что и как произошло.  А затем, спустя три дня, вернулся. С предложением. Именно он помог якобы найти мое тело и похоронить, чтобы притупить бдительность того, кто посмел посягнуть на мое.

Так и вышло, что у меня появилась возможность не только вернуться к жизни, но и держать под контролем происходящее.

К тому моменту с Красильниковым было покончено, а Оля уже отдала завод Феликсу. Но это была меньшая из потерь. Куда больше меня беспокоило, что Багров крутился рядом. До определенного момента. Пока я не вышел на него.

- Все-таки выжил, - усмехнулся тогда смотрящий, когда я пришел к нему домой, не таясь.

- Как видишь.

- А Ольга-то и не в курсе, - заметил он. - Не жалко тебе девочку?

Паук всегда знал, куда бить. Словно чувствовал чужие слабые места. И в этот раз не промахнулся.

- Время не пришло.

- Зачем ты здесь? Ради завода? Или ради нее?

- Оставь Ольгу в покое. Она - моя.

Феликс криво ухмыльнулся, но не испугался. Этот черт вообще, такое чувство, что никого не боялся. Даже когда я демонстративно достал пистолет и положил на стол перед собой.

- Ты ведь знаешь, что достал фартовый билет? Оценил, как тебе повезло?

- Тебя не касается. Не трожь мое, Феликс. Иначе я не посмотрю на наше сотрудничество.

Багров только оскалился довольно."

"- Зря ты кидаешься такими угрозами. Я тебе не враг, Богдан. Твоя жена только твоя. Такая же дикая, как ты. Под стать.

Внутри все отозвалось на эти слова. И иррациональная гордость разлилась в груди.

Вопрос с ним мы закрыли. Вернулись к нейтральному взаимодействию в бизнесе, не более. К тому моменту Авдей был уже в курсе моего возвращения. И дал слово держать это втайне от Ольги. Хотя я был предельно аккуратен, когда приходил к ней, она стала что-то подозревать.

Но отказаться от этих визитов я уже не мог.

Выжидать и готовить ловушку для твари, решившей, что он бессмертный и может угрожать моей семье, пришлось долго. Я надеялся успеть, но Оля родила раньше срока.

И я впервые наплевал на все, послал план к чертям и пришел к ней. Стоял рядом, впитывал ее боль и страх.

Корил себя за несдержанность, но не жалел. Никогда не хотел детей. Не после того как вырос в детдоме. Но когда впервые увидел нашу дочь, во мне что-то дрогнуло. Моя одержимость Ольгой раскололась, и теперь я точно так же был привязан к крошечной девочке, которая еще даже дышала сама с трудом.

Каждую ночь приходил к ней, смотрел. И думал.

Пока жена не раскрыла меня. Опасался, что ее подкосит мое внезапное появление. Но Оля снова меня восхитила своей выдержкой.