И еще взблескивают крупные капли, стекающие по ее груди, по животу, по бедрам... А Кошка смеется и встряхивает густой гривой черных волос, и фонтан холодных брызг летит Хромому в лицо...

...Хромой и Кошка лежат в густой траве под обрывом, тяжело дышат, со страхом вглядываются в черную пасть пещеры. Страшно. Выйдет Странный, увидит - убьет... Кошка поворачивает лицо к Хромому - глаза огромные, круглые, на вздернутом носу - сажа. Откуда?

- Скажи, Хромой - Кошка переводит дыхание, сглатывает слюну. Скажи... Можно нарисовать слова?...

Кошка. Кошка. Кошка. Глаза Кошки. Кошка на ложе из душистой травы их первая ночь.

Хромой одевает на Кошку ожерелье из перьев Крылатых. Кошка. Кошка. Кошка. Темнота.

3

Беспалый задумчиво обсасывал пальцы на здоровой руке, страдальчески морщился. Поглядывал рассеянно на стремительно несущиеся в холодном небе клочковатые тучи, на любопытствующую толпу, на прорастающие травами кровли Хижин...

- Не знаю, - проговорил наконец. - Не знаю. Не помню такого. Кто помнит?

Он посмотрел на стариков. Старики молчали.

- Молчат, - с удовлетворением произнес Беспалый. - Тоже не помят. Никто не помнит.

Потому, что не было.

Он снова помолчал, почмокал губами. Заговорил опять - степенно, рассудительно:

- Про этого, - кивок в сторону Узкоглазого (всхлипывающего, растирающего по лицу слезы и кровь), - про этого я понял все. Не воин. Не мужчина. Ползучий.

Беспалый задумался на миг, уточнил:

- Тот ползучий, который в заднице.

Снова задумался, поморгал слезящимися глазами. Потом щелкнул на Узкоглазого остатками зубов:

- Иди. Уноси свой стыд.

Узкоглазый побрел к Хижинам, сгорбясь, не смея поднять от земли заплаканные глаза. Едва не ткнулся в гордо выпяченную грудь стоящего на дороге Хромого, шарахнулся, опасливо обошел стороной под ехидные смешки стариков и тех, кто смотрел.

Хромой стоял подбоченившись, смотрел поверх голов. Беспалый щурился на него, растеряно жевал губами:

- С этим что делать? Может, духи скажут, что делать с едва поменявшим зубы щенком, который не подпустил воина к женщине? - Беспалый с надеждой оглянулся на Шамана. - Э?

Шаман прищурился, процедил через выпяченную губу:

- Духи молчат. Щенок ничтожен - не снизойдут говорить. Не о чем.

Беспалый отвернулся, вздохнул беспомощно.

И старики завздыхали.

Странный слушал эти вздохи, морщился, мотал головой, будто съел кислое. Не выдержал:

Шаман буркнул:

- Молод иметь женщину. Щенок.

Камнебой согласно закивал. И Однорукий закивал, и Сломанное Копье, и Каменный Глаз...

А Косматая Грудь прошепелявил:

- Отдать... Женщины есть... Лишние есть... Отдать.

Беспалый поскреб прозрачный пух на макушке, изловил кусючего, рассмотрел перед тем, как раздавить - задумчиво рассмотрел, изучающе. Тем же взглядом медленно обвел толпу тех, кто смотрел.