Врач был настолько потрясен, что, просидев с минуту молча, смог лишь повторить: — О боже! — Он потряс головой, взглянул на «Ролекс» и сказал: — Послушайте, я готов помочь, однако… — Шпильман вновь поднял руки, уронил их на стол и закончил: — Не думаю, что эта помощь принесет вам какую-либо пользу. Поэтому позвольте мне сэкономить ваше время. Мистер… как его… Чесни?

— Чацки, — подсказала Дебора."

"— Да, Чацки. Он позвонил мне и предложил провести сканирование сетчатки, чтобы, сравнив результаты с какой-то базой в Виргинии, установить личность пациента. — Шпильман поднял брови и пожевал губами.

 — Короче. Вчера я получил факс с полной идентификацией жертвы. Я покажу вам его. — Он поднялся и исчез в коридоре. Когда доктор вернулся, в его руках был листок бумаги. — Вот, пожалуйста. Мануэль Борхес. Уроженец Сальвадора. Занимается импортом. — Он положил листок на стол перед Деборой. — Я знаю, что это не много, но, поверьте, это все. Состояние, в котором он находится… — Доктор пожал плечами. — Я не думал, что мы даже это сумеем выяснить.

Небольшой динамик под потолком невнятно пробормотал нечто отдаленно напоминающее отрывок из телевизионного сериала «Скорая помощь».

Шпильман склонил голову набок и, заметно помрачнев, проговорил:

— Должен бежать. Надеюсь, вы его поймаете.

Он с такой поспешностью выскочил из дверей, что оставшийся на столе листок затрепетал под порывом поднятого доктором ветра.

Я взглянул на Дебору. Судя по ее виду, тот факт, что мы узнали имя и фамилию жертвы, не очень вдохновил сестру.

— Я понимаю, что это не очень много, — сказал я.

— Если бы это было «не очень много», то это был бы грандиозный успех, — покачала головой Дебора.

 — Это же просто ничего. — Она взглянула на факс, еще раз прочитала его и добавила: — Сальвадор. Связан с какой-то организацией «Flange».

— Эти на нашей стороне. Та шайка, которую поддерживали США. Я выудил информацию в Интернете.

— Потрясающе. Выходит, мы узнали то, что нам уже было известно.

Она поднялась и двинулась к дверям — не так резво, как доктор Шпильман, но тоже достаточно быстро. Я сделал ускорение и догнал ее лишь у ведущих на автостоянку дверей.

Дебора гнала машину, стиснув зубы. Мы молча домчались до домика на Северо-Западной Четвертой улице, где и началась эта история.

Желтая лента исчезла, но Дебора тем не менее бросила автомобиль в лучшем полицейском стиле, там, где заблагорассудилось. Мы вышли из машины, и я двинулся следом за Деб по тропинке к дому, соседствующему с тем, где мы нашли человека, превращенного в подпорку для двери.

Дебора молча нажала кнопку звонка, и через несколько мгновений дверь распахнулась. Появился средних лет мужчина в очках с тонкой золотой оправой и в коричневой рубахе гуайавера.