Отрезание конечностей и губ — всего лишь способ, которым он… Что с тобой?

— Великий Иисусе, Декстер! — воскликнула Дебора, и на ее лице появилось выражение, которого я не видел со смерти мамы.

Дебора отвернулась, и ее плечи затряслись. Я же начал ощущать неловкость. Вообще-то, я не испытываю никаких эмоций, а с Деборой это случается довольно часто. Но она не относится к тем, кто публично демонстрирует свои чувства, если таковым, конечно, не считать раздражение. Сейчас же сестра подозрительно сопела, и я догадывался, что мне следует потрепать ее по плечу и сказать: «Ну хватит, хватит…» — или нечто иное, столь же глубокое и человечное.

Однако я не мог себя заставить. Моя сестра Дебора должна знать, что я постоянно притворяюсь, и…

И что? Отрезать себе руки и ноги? Самое скверное, что она могла сделать, — приказать мне прекратить увлекательное занятие, а самой вновь стать угрюмым сержантом. Но даже это было бы существенным улучшением по сравнению с ее пребыванием в образе увядающей лилии. В любом случае наступил момент, требовавший какой-нибудь человеческой реакции, и, поскольку я после долгого и глубокого изучения знал, как должен поступить человек, я так и поступил.

Я потрепал ее по плечу и проговорил:

— Ну ладно, Деб, хватит, хватит."

"Слова прозвучали даже глупее, чем я предполагал, но сестра приникла ко мне и зашмыгала носом. Я решил, что поступил правильно.

— Неужели можно кого-либо полюбить за одну неделю? — спросила она.

— Я не способен на такое.

— Я не переживу этого, Декстер. Если Кайла убьют или он превратится в… Боже, я не знаю, что сделаю. — Она снова рухнула на меня и разревелась.

— Ну ладно, Деб, хватит, хватит.

Сестра громко засопела и высморкалась в лежащее на столе бумажное полотенце.

— Я хочу, чтобы ты перестал это повторять.

— Прости, что еще я могу тебе сказать?

— Скажи мне, чего хочет этот парень. Как его найти?

Я снова уселся на маленький расшатанный стульчик.

— Боюсь, не смогу, Деб. Я не очень представляю, что он делает.

— Чушь!

— Нет, серьезно. Ведь если подходить строго формально, то он на самом деле никого не убил.

— Декстер, ты уже понимаешь этого парня лучше, чем понимал его Кайл, а он знал, с кем имеет дело.

Мы должны взять его. Обязаны.

Деб прикусила нижнюю губу, и я стал опасаться, что она опять заревет, оставив меня абсолютно беспомощным, поскольку мне было запрещено говорить: «Ну ладно, Деб, хватит, хватит». Но она, как положено хорошему сержанту, собрала волю в кулак и лишь высморкалась.

— Я попробую, Деб. Могу ли я предположить, что вы с Кайлом провели все основополагающие действия? Побеседовали со свидетелями и все такое прочее.

— В этом не было необходимости.