И я произвожу не самое приятное впечатление, да?"

"И в довершении всего краем уха уловил разговоры ментов, когда они уже уходили, толкались во дворе, рассаживаясь по тачкам.

Я-то тоже спешил. В больницу…

— Что думаешь, Иван? — курит один в форме.

Второй презрительно кривит губы:

— Бытовуха обычная. Как всегда… Не знаешь, что ли? Более семидесяти процентов всех ссор, драк и убийств проходят среди членов одной семьи.

Ротозеи! Искали бы лучше, кто это сделал, а не перекладывали вину так, чтобы можно было дело о нападении поскорее состряпать.

***

Она

Прихожу в себя в больнице.

Голова тяжелая, шевелиться сложно. Меня тошнит и мутит… Даже оторвать голову от подушки не получается. Осторожно себя ощупываю — голова распухшая, бинты пальцами чувствую.

Помню только, что приехала собирать вещи. Потом удар и провал…

Большой черный провал в памяти.

Еще кое-какие детали всплывают, но мутно, будто смотрю на них через туман.

Пытаюсь разглядеть, но ничего не выходит.

Только чувствую, что мне плохо и спать хочется. Но спать как раз не позволяют.

Голоса в коридоре намекают, что ко мне хотят войти.

Голос мужа звучит знакомо, но первым в палату входит не Глеб, а другой мужчина.

Представляется следователем, задает вопросы о произошедшем.

— Вы видели, кто на вас напал?

Как сложно вспоминать. Все такое зыбкое.

— Нет, не успела. Мне казалось, их было двое. Но я не уверена…

— Хоть что-нибудь вспоминается? Хоть какие-нибудь детали. Это важно.

— Попробую…

Проходит минута, даже больше.

— Лица увидеть не успела. Но на мужчине была серая рубашка.

— Серая рубашка, говорите?

Следователь звонит кому-то.

— Дмитриенко, на муже потерпевшей рубашка какого цвета? Серая? Ясно…

Нет. Не может быть, чтобы на меня напал Глеб!

Но в то же время я вспоминаю, как по-скотски он вел себя и… уже ни в чем так не уверена.

Глава 14

Она

— Вы же не хотите сказать, что это Глеб?

Вопрос прозвучал жалко, голос слабый.

Меня начало мучить тошнотой, но слабость во всем теле была невыносимой. Я вдруг подумала, что меня сейчас стошнит. Прямо на постель, на себя. Зажав рот рукой, попыталась встать.

Мужчина быстро отложил в сторону планшетку с закрепленным на ней листом бумаги и помог подняться, но до туалета я дойти не успела. Всего лишь до раковины. В нее и стошнило.

Все это время мужчина придерживал меня за талию и плечи, довольно крепко обхватив сильной рукой.

Я в этот момент вообще не думала, как выгляжу со стороны. Мне просто настолько паршиво, я почти повисла на этой раковине, включив воду.

Мой скромный завтрак уносит водой в слив. Я с огромным трудом ополаскиваю лицо, ноги меня не держат.

— Давайте вы снова приляжете? — предлагает мужчина.

У него довольно резкий парфюм, я бы даже сказала, больше похож на одеколон или лосьон после бритья.