Не думаю, что смог бы каждый день смотреть в зеркало и видеть глаза своего отца.

Повезло же Джексу.

– Входная дверь была открыта. – Она приблизилась, всматриваясь мне в лицо. Словно не знала, с какой стороны подступиться. – Я слышала, что произошло между вами с Тэйт.

Даже не надейся.

– Откуда ты, черт возьми, узнала, что я поехал сюда?

Мама едва заметно улыбнулась, приводя меня этим в замешательство.

– У меня есть способы.

Что же это за способы? Моя мать не настолько умна.

Она села рядом со мной, свесив ноги с небольшого утеса метрах в полутора над прудом.

– Ты не был здесь несколько лет.

 – Мать вела себя так, словно знала меня.

– Откуда ты знаешь?

– Я знаю больше, чем ты думаешь, – произнесла она, глядя на пруд. – Знаю, что у тебя сейчас проблемы.

– Ой, да брось. Не начинай вести себя как мамочка.

Я с силой оттолкнулся от земли и поднялся на ноги.

– Джаред, нет. – Она тоже поднялась и повернулась ко мне лицом. – Я ни о чем тебя не прошу, только выслушай меня сейчас. Пожалуйста. – Ее голос, дрожащий и непривычно серьезный, сбил меня с толку.

Я втянул щеки и спрятал кулаки в кармане толстовки.

– В прошлом году, после того как тебя арестовали, – начала она, – и после того как я вернулась из Хэйвуда, я попросила тебя выбрать одну вещь – одну мысль – на которой ты мог бы фокусироваться день за днем.

То, что ты любишь, или то, что помогает тебе сохранять равновесие. Ты так и не сказал мне, что выбрал для себя, но потом тайком сделал еще одну татуировку. – Она дернула в мою сторону подбородком. – Фонарь. На бицепсе. Почему именно это?

– Не знаю, – соврал я.

– Знаешь. Так почему? – не унималась она.

– Мне понравилось, как он выглядит! – выкрикнул я, взорвавшись.

 – Так в чем дело?

Проклятье. Какого хрена?

Тэйт. Свет ассоциировался у меня с ней. Когда Тэйт уехала, я нуждался в ней.

Почему именно фонарь? Не знаю.

– В твой одиннадцатый день рождения я снова напилась, – произнесла мать медленным и ровным тоном. – Помнишь? Я была с друзьями и забыла о том, что мы должны пойти на ужин к Брандтам.

У меня было не много дней рождения, которые запомнились мне чем-то хорошим, поэтому нет, я не помнил."

"– Я забыла, что у тебя день рождения, – продолжала она, и ее глаза наполнились слезами. – Я даже не приготовила для тебя торт.

Подумаешь, блин, удивила.

Но я ничего не сказал. Просто слушал, больше для того, чтобы понять, к чему она клонит.

– Я вернулась домой уже около десяти, а ты сидел на диване и ждал меня. Ты был дома весь вечер. Так и не пошел без меня на ужин.

Я. В темноте. Один. Злой. Голодный.

– Мам, хватит. Я не хочу…

– Я должна, – перебила она меня, плача. – Пожалуйста. Сначала ты был расстроен, я помню это, но потом высказал мне все, что думал. Заявил мне, что стыдишься меня и что у других детей мамы и папы получше.