Свято уверенные в своей нужности и незаменимости, они плевать хотели, кто перед ними: что дворянин, что купец, что крестьянин, — всё равно. Встань в очередь и жди, когда тебя соблаговолят принять. Кстати, с трёх до четырёх у них совещание, с четырёх до пяти перерыв на чай, а с пяти до шести они принимают людей по протекции.

Нет, ясное дело, если ты князь или граф, человек имеющий вес, то тебе выпишут всё что нужно без промедления, но всякая “мелочь” должна почувствовать, что она стоит ниже чиновника. Прямо перед нами один провинциальный барин устроил скандал, что его маринуют уже три часа. Так на него налетели клерки и утихомирили, чуть не затоптав. Ёшки-матрёшки, да сколько же времени мне придётся здесь провести?

— Да, Костя, — Бобров тяжело вздохнул, — погоняют они нас. Будем неделю ходить собирать разные бумажки.

Я кивнул. Вдобавок на меня давили Печати, наложенные на здание, — ни один маг не смог бы здесь колдовать. Наверняка их ставили в расчёте на Талантливых, но и на меня действовало.

— Придётся подмазывать каждого встречного, чтобы до конца года не ждать, — на этот раз вздохнул я.

— Спокойно, Костя, мы сейчас подмажем правильно и точечно.

Пристально следя за бегающими клерками, Бобров обратил внимание на одного типчика — худого, даже субтильного, в потёртом костюме, но с очень хитрой рожей. Левый глаз у него был слегка прищурен, так что казалось, будто он прицеливается в каждого просителя.

Решительно раздвинув толпу, он поймал этого мелкого чиновника за локоть и отвёл в сторону.

— Добрый день, милейший. Пётр Бобров, к вашим услугам.

Вырваться из хватки Боброва не получилось, и ему пришлось тоже представиться.

— Молчалин, Иван Александрович. Коллежский регистратор.

— Уважаемый Иван Александрович, у нас очень, очень срочное дело.

— Ничем не могу помочь, вы же видите…

Бобров сунул ему в ладонь пять рублей.

— Очень срочное!

— Ах, настолько срочное, — левый глаз чиновника открылся, а правый наоборот прищурился.

— Вот прям срочней некуда. Войдите в наше положение и посодействуйте оформлению бумаг.

Ещё пять рублей перекочевало в потную ладошку.

— Вижу, вы и впрямь нуждаетесь в помощи.

— Очень, милейший Иван Александрович, очень. И готовы всемерно выразить нашу признательность.

— Давайте ваши бумаги, я посмотрю.

Он пробежался взглядом по документам и кивнул.

— Да, вижу, случай обычный, придётся…

Бобров вложил ещё что-то в руку чиновника.

— Стойте здесь, я сейчас вернусь.

Молчалин умчался куда-то, а мы остались. Впрочем, долго ждать не пришлось, через каких-то двадцать минут он снова появился рядом.

— Мой начальник, Пётр Исаакиевич, тоже желает убедиться, что дело срочное. Не меньше, чем я.

Теперь уже я незаметно сунул ему в руку деньги. Молчалин кивнул и снова исчез.