— Что, если я вам переделаю печь, чтобы не требовалось топливо?

Она удивлённо подняла брови, а за столом вдруг стало тихо. Все присутствующие смотрели на меня и ждали продолжения.

— А вы можете? — с придыханием спросила купчиха, подавшись вперёд.

— Я всё могу. Сейчас доедим и посмотрим, что у вас там, — я повернулся к Тане с Александрой. — Вы тоже идёте, будем считать это практической демонстрацией возможностей деланной магии.

* * *

Смотреть, что я собрался творить, пошли все до единого. Даже раненный управляющий Фома, опираясь на руку купчихи, побрёл в цех.

Собственно, работа над печью заняла у меня всего два часа. Прикинуть конфигурацию Знаков и Печатей, нарисовать “горячие” внутри, а “холодные” снаружи, замкнуть всё вместе в один большой контур — и вуаля! Знак огня даёт температуру не хуже горящих дров, а Печати обеспечат приток эфира.

Но самое главное — набор управляющих пластин. Десяток кусочков жести, которые нашлись здесь же, я превратил в настоящее чудо. Вставляешь один в специальную выемку и получаешь нужную температуру. На всякий случай, я сделал два комплекта: вдруг потеряется или украдут.

Мария Васильевна смотрела на меня с удивлением и восторгом.

— Константин Платонович, вы гений! — у неё даже голос стал грудным и мягким. — Вы настоящий магистр! Уникум!

Я отмахнулся.

— Ерунда, обычная работа. Всё, я устал, и нам уже пора домой. Простите, Мария Васильевна, нам пора ехать.

Пока шли к экипажам, меня под руку взяла испанка и шепнула:

— Констан, я тебя недооценивала. На кой чёрт ты занимаешься драками со всякой швалью? Если бы ты предложил свои деланные штучки уральским заводчикам, давно бы ел на золоте.

— Это скучно, Диего. Вот стану старым, ленивым, тогда и начну торговать магией.

— Смотри, — усмехнулась испанка, — как бы тебе голову раньше не снесли при такой жизни.

Глава 28 — Small wandы

Домой мы вернулись поздно ночью. Настасья Филипповна набросилась на нас, будто наседка на заблудших цыплят. Усадила за стол и попыталась накормить, а заодно и расспросить. Но вся наша компания только вяло поковырялась в тарелках, как сонные мухи, и расползлась спать. Один Киж, всё такой же бодрый, остался сидеть в гостиной с полным штофом, а к нему подсела ключница.

Зато утром я даже не успел войти в столовую, как услышал громкие возбуждённые голоса.

— Представляете, Настасья Филипповна, — рассказывала Александра, — взял и ударил Константина Платоновича! Огромным ножом! Во-о-от таким. Прямо в сердце!

— Ох, батюшки!

— Кровь как брызнет! А Константин Платонович даже не шелохнулся. Посмотрел на убивца строгим взглядом, головой покачал и пальчиком ему погрозил — мол, не выйдет, милостивый государь.

Вот же выдумщица! И близко не так было.