— Да, Константин Платонович?

— Вот схема Знаков, — я протянул ей лист бумаги, — посмотри, всё понятно?

Рыжая долго разглядывала мой рисунок и под конец кивнула.

— Вроде бы несложная.

— Отлично. Вместе с Таней идёте вокруг двора, находите крестики, поставленные мелом, и рисуете там схему. Вперёд!

Как же удобно, когда есть ученики. Можно всю рутину скинуть на них, а самому заняться творческими задачами. Так что я достал из чехла Нервного Принца и пошёл к воротам.

Обожаю рисовать нестандартные связки Знаков. Чувствую себя в этот момент свободным художником, эдаким Микеланджело, расписывающим Сикстинскую капеллу.

Жаль, рядом нет магистра деланной магии, или хоть бакалавра, чтобы оценил полёт моей мысли. Увы, Александра и Таня ещё слишком неопытны, чтобы разобрать хитрое плетение эфира, и поработать на публику не получится.

Пока я рисовал Знаки-ловушки на въезде, Таня и Александра расписывали стены цехов и домика. Поначалу рыжая делала всё сама, позволяя орке только держать листок с чертежом. Но после третьего рисунка начала меняться с ней ролями. Очень хорошо — совместный труд сближает.

Закончили мы только к сумеркам.

Собрались в доме управляющего, поужинали, и я отправил всех спать. Только Киж остался сидеть в столовой — мёртвому поручику отдых не требовался.

* * *"

"Утро началось с суеты. Завтрак, умывание, ворчание испанки, сонный Бобров, слишком жизнерадостный Киж с шуточками. Орка-купчиха только посмеивалась, глядя на всю нашу компанию. Ничего, меньше чем за час все окончательно проснулись и пришли в чувство.

Кижа я отправил на крышу завода — наблюдать за дорогой. Диего попросил приглядеть за двором, а сам занялся последними приготовлениями.

Наши экипажи спрятали за домиком управляющего, но прежде я достал из них ружья и вручил Боброву с ученицами.

Место для них нашёл вчера поручик — второй этаж склада с небольшими окошками, похожими на бойницы. Вот туда я и загнал троицу. Пусть пока сидят, ждут и не высовываются. Особых надежд, что они пристрелят хоть пару опричников, я не питал: отвлекут и ладно.

Не успел я повесить на стены склада защитные Знаки, как подбежал Киж.

— Едут!

— Сколько? Далеко?

— Четыре кареты, минут через десять будут здесь.

Я указал на сторожку возле ворот.

— Спрячься там.

На тебе обычные люди без Таланта. Справишься?

Киж ощерился вместо ответа, хищно показав зубы. Поправил палаш на поясе и умчался в засаду.

— Константин Платонович, — из дома управляющего вышла молодая купчиха, — уже? Я…

— Вернитесь в дом и не выходите, пока я не позову. Даже в окна не смотрите.

— Но надо же…

— Мария Васильевна, вы хотите вести переговоры с Еропкиными?

Она кивнула.

— Конечно. Они должны понять, что давить бесполезно.

— Вы ошибаетесь, Мария Васильевна. Гарантирую — переговоры провалятся.