Она буквально сочится похотью. Темной… Испепеляющей. Лишающей воли.

Когда Маня выходит в гостиную, Брага сидит за накрытым столом.

– Я тебя заждался.

– Извини. Я решила освежиться.

Под его пристальным взглядом Марфа на негнущихся ногах пересекает комнату и осторожно, не дыша, бочком садится.

– Ты же не стала вынимать нашу подружку без разрешения?

– Нет.

– Вот и хорошо. Я хочу это сделать сам. Ешь. Суп остывает.

Суп?! Он не в себе? Она сейчас взорвется, он почти пять часов ее мучал. А теперь собирается жрать долбаный суп?!

– Грхм…

– Что-то не так, Манюня?

Маня сжимает в кулаке ложку.

– Нет. Все прекрасно.

– Как прошла запись?

Он что, собирается вести светские беседы?! Маня чуть не плачет.

– Как всегда. Только в новой локации. А ты… кхм… как поработал?

– Продуктивно. Надеюсь, следующие шесть дней меня ничто не будет отвлекать от тебя.

– А я надеюсь, что выживу к седьмому, – бурчит Маня.

– Ты что-то сказала?

– Да так. Это я про свое.

– Понятно. – Некоторое время Брага молча ест. – А родители твои что же? Успокоились?

– Я им время от времени пишу, что еще жива.

Арс оскаливается:

– Отличная тактика.

То есть если в следующий раз ты не выйдешь на связь, мне можно ждать облавы?

– Не сомневайся. Мой отец и брат в прошлом военные. Уверена, они пришлют за мной аж целый взвод спецназа.

– Что ж. Тогда и впрямь надо как-то умудриться не затрахать тебя до смерти.

– Слова-слова… – мстительно мурлычет Маня.

– Нарываешься? – сощуривается Брага. Под его изучающим взглядом Марфа ежится.

– Что ты. Всего лишь констатирую факт. Если следующие шесть ночей пройдут как вчерашняя, у меня есть все шансы выжить.

– Я дал тебе возможность отдохнуть, – цедит сквозь зубы Арсений.

– Правда?! Нет, это даже мило, что наши мысли в этом плане настолько похожи!

– В каком таком плане?

– Я ведь тоже подумала, что тебе нужен отдых. Ну, знаешь, возраст, и все такое…

На заросших скулах Брагина вздуваются желваки. Молодец, Манюня… Очень умно. Все равно, что курить на бензозаправке. Или совать голову в пасть тигру. Или мчаться навстречу катку.

– Манюня…

– Ой, я что-то не то ляпнула, да? Да ты не переживай. Не трать нервные клетки. У тебя же их, наверное, уже и без того дефицит с такой-то жизнью…

– Какой жизнью?

– Ну-у-у… Какой? Нервной, конечно же.

Поди, не сахар – миллиардами ворочать. Я все понимаю.

– Ты же это специально делаешь, да?

– Что именно?

– Вот это все говоришь. Хочешь вывести меня из себя?

– Вот еще! Ты сам спросил. Я отвечаю. Десерт?

Маня сама не знает, зачем лезет на рожон. Скорей всего, она просто не желает становиться одной из тех, кто безропотно глядит ему в рот. Ей не хочется его отстраненности и холодности… Марфе это все поперек горла.

– Да. Пожалуй. – Отложив салфетку, Брага встает. – Пойдем.