Внезапно я услышала секундный бип клаксона нашего автомобиля и встречный такой же короткий ему:

— Эвакуаторы… Красавы, быстро сработали — не прошло и пяти минут.

— Блядь, там работы непочатый край. Успеют все зачистить до приезда копов?

— Успеют, Папа им в нагрузку Ди-Джея выделил — он шустрый.

— А я думал, он его на дорогу поставил.

— Нет, дорогу перекрыли Слон и Бруно.

— Слон не умеет общаться с людьми.

— А ему это и не надо. Люди, видя его, сами разворачиваются в объезд.

— Верняк, — подтвердил водитель."

"Значит дорога перекрыта, и, вероятно, поэтому за тот короткий промежуток времени, пока шла эта бойня, по дороге не проехало ни единой машины. ""Все зачистить до приезда копов"", — крутились слова в моей голове. Действительно, почему на шум выстрелов не приехала полиция? Где мы вообще находимся? Определенно, где-то за городом. Мы ехали достаточно долго, прежде чем нас взорвали… И это не жилой район, иначе бы кто-то уже давно вызвал бы полицию… Хотя, полицию уже кто-то вызвал. Выстрелы были слышны далеко. Я судорожно пыталась восстановить в памяти картину с противоположной от моря стороны. Но ничего, кроме темноты, я не вспомнила. Барретт вырубил все придорожные фонари, но и они бы мне не помогли разглядеть местность, так как освещали только дорогу. Знаю одно, если бы это был жилой массив, то в вечернее время все было бы залито светом. Черт, я все-таки еще очень плохо знаю Сиэтл, тем более его пригород.

Некоторое время мужчины молчали, и я слышала только шум дождя. Лежа на заднем сидении машины, в мокром разорванном сарафане, я поняла, насколько замерзла. Не помогал ни плед, ни подогрев, ни ставший уже горячим воздух. Меня бил озноб, то ли от холода, то ли от страха за жизнь Ричарда, Дугласа и свою, а скорее всего, от того и другого одновременно.

— Одеяло, вижу, у тебя веселенькой расцветки, — усмехнулся мужчина, вероятно, рассматривая меня, и я затаила дыхание, опасаясь, что они заметят мое состояние.

— Это не мое, а Джино. Папа наехал. Найди, блядь, ему плед. А откуда. Мы не на пикник с девочками собирались, — мрачно и, словно оправдываясь, отозвался водитель.

Может быть, это все-таки свои? Как бы хотелось в это верить… Бандитам-то какая разница, замерзла я или нет. Их отношение мне показалось уважительным. Ричарда отнесли сразу же в джип. Меня никто не обижал, уложили в машину и укрыли пледом.

Но свои бы не избегали полиции и не делали бы зачистку, как выразились сами боевики, до приезда копов. Свои бы отвезли нас сразу же в больницу. И свои бы не перекрывали дорогу от посторонних. И все эти устрашающие клички — Дьявол, Эфенди — наводили на меня панику, хотя куда уж больше паниковать…

— Зет на связи, — услышала я голос мужчины с переднего сидения, вероятно, он разговаривал по сотовому или рации.