Голоса их были серьезными, обеспокоенными, угрюмыми, и это было нормально — радоваться тут было нечему. Надо все же показать им, что я в сознании и сказать, что у джипа еще лежит раненый Дуглас. И Ричарда, и Дугласа нужно срочно везти в больницу! Я уже хотела пошевелиться, как услышала:

— Их надо везти к Эфенди, — это сказал человек, сидевший рядом со мной на корточках, убирая руку от моего затылка.

Зачем нас везти к какому-то Эфенди!? Нас нужно везти в больницу! И сердце от испуга застучало о ребра. ""Прекрати панику, Харт! — приказала я себе. — Ты все еще жива, и Ричард, надеюсь, тоже. И нас вместе куда-то собираются везти"".

Я вцепилась в местоимение ""ИХ"", как утопающий за соломинку, и попыталась успокоиться.

— На счет три, — сказал один из мужчин, и через несколько секунд массивную фигуру Ричарда приподняли за плечи и ноги, лишая меня тепла.

Пока Ричарда снимали с моего тела, мужчина в черных армейских ботинках спросил:

— Ты вызвал эвакуаторы?

— Да, скоро будут, — быстрым натужным голосом ответил один из парней, переносивших Ричарда в машину.

— Хорошо… Меня предупредили, что копы уже едут, их конечно притормозят, но нужно успеть все зачистить до их приезда."

"После этих слов я похолодела от ужаса. Если бы это были свои, они бы не боялись полиции и не производили зачистки, что бы это не значило, до их приезда. Поэтому, приняв окончательное решение после слов об эвакуаторе, я полностью закрыла глаза и притворилась пребывающей в глубоком обмороке.

Как только с меня сняли Ричарда, к моим плечам прикоснулись мужские ладони.

— Джино, я сам ей займусь, проверь Гелик, — приказал мужчина в черных армейских ботинках.

Джино что-то неразборчиво ответил, и я услышала шаги, удаляющиеся в направлении нашего джипа.

Я даже не знала, радоваться тому, что Дугласа сейчас найдут, или огорчаться.

Ко мне аккуратно прикоснулись и начали прощупывать затылок и голову. Затем меня осторожно перевернули на спину, и капли дождя тут же потекли на мое грязное лицо, все в ссадинах от падения, смывая с моих щек и губ кровь Ричарда. Мужчина убрал жесткой ладонью с моей левой скулы налипшие волосы и еще раз проверил пульс на горле, безошибочно найдя сонную артерию. Прощупав мою фигуру и убедившись, что повреждений на мне нет, он несильно похлопал меня по щекам, вероятно желая привести в чувство, но я решила до конца пребывать в обмороке — может быть, тогда я узнаю, куда нас везут и кто эти люди. Если это враги, при мне, находящейся в сознании, они будут молчать.

Тем временем мужчина подхватил меня на руки, и я почувствовала ноющую боль ушибленного колена.