— Кристиночка, — придвинулась она ближе и обняла меня, когда поняла, что я проснулась. — Милая…

— Ма, ну ты чего? — обняла я ее в ответ.

— Воспаление легких очень серьезное заболевание!

— Мне пока не поставили диагноз.

— После холодного бассейна вряд ли избежать болезни, — сказала мама, комкая платок в руках.

— Ты и это знаешь? — посмотрела я на нее.

— Знаю, — кивнула она. — Врач все рассказал. Он считает, нужно написать заявление. Эта молодежь вообще уже берегов не видит…

— Мам, — села я на кровати и посмотрела в ее лицо. — Мы не будем писать никаких заявлений. Я прошу тебя в это не ввязываться.

— Почему? — возмущалась она. — Они будут так играть с такими простыми девчонками как ты, а мы будем молчать?

— Мамуль, он сын какого-то чиновника, чуть ли не сын мэра, — ответила я. — Он выйдет из воды сухим, а мы потом с тобой проблем не оберемся.

— Ну должна же быть управа на них, в конце-то концов!

— Мам, все не так страшно было, — убеждала я ее. — Да, они со мной некрасиво поступили, но они не хотели плохого. Никто меня не топил, просто этот мальчик…

— Мальчик? — тут же зацепилась за информацию мама. — Значит, это какой-то мальчик затеял?

— Да, мы поссорились, и…

— И ты ему наговорила всякого, — договорила за меня она и подняла глаза на меня. — Ты у меня девочка с характером, резких слов наверняка могла наговорить.

— Да, мы с ним поругались. И он так…неудачно пошутил. Что пока я не извинюсь — не выйду из бассейна.

— Но ведь это насилие…

— Мам, для просто игра. Я уверена, что плохого никто не хотел. Просто я настрырничала…

— Могла бы и извиниться, вот именно… Потом бы ушла оттуда и посылала всех подальше.

Да, мысль здравая. И я, пожалуй, спровоцировала Архипа сама. Знала, кто он, и что при друзьях он не позволит уронить его авторитет, и все равно позволила себе резкие высказывания. Мама права — я бываю очень колкая и резкая, фыркаю и колюсь как ежик. Мне стоит учиться сдерживать себя и иногда молчать ради своего же блага, не провоцировать тех, для кого моя жизнь не стоит и ломаного гроша. Но все же это не оправдывает то, что Архип делал, а другие молча были соучастниками.

— Я не смогла, — ответила я ей честно. — Не смогла промолчать, мам… Он такой наглый был — жуть. Так и хотелось съездить по его ухмылке мусорным ведром!

— Слава богу, что ты это не додумалась сделать…

— Да не сделала бы…

Хотя…

— Мам, — взяла я ее за руку. — Я поправлюсь, и мы забудем об этой истории. Никто на самом деле не хотел плохого. Мы не будем ничего писать — у нас будут проблемы. Этот Архип с дружками меня потом со свету сживет! Пожалуйста, мам! Прошу, давай ничего не будет писать.

Сама своим словам не верила.