Я ждала, что со временем, а с момента начала нашего романа прошло всего чуть больше месяца, все станет на свои места. Ни о какой сексуальной несовместимости я и думать не хотела. Я была влюблена и не замечала ничего, что наверняка указывало на близкий финал.

Но прошло еще два месяца, и дождливые осенние дни принесли в наши отношения первый ветерок охлаждения. Во-первых, мы договорились, что не будем работать в одну смену. Предложила я, просто для того, чтобы не быть настолько близко изо дня в день. Я была уверена, что при самых теплых отношениях в таких условиях будет трудно сохранить остроту чувств.

Если сначала Егор согласился, то впоследствии он обвинил меня в том, что я с первых дней подстроила все для того, чтобы было легче изменять ему направо и налево. То есть избавилась от мужниных глаз и пустилась во все тяжкие. Он заявил мне это, прямо глядя в глаза своими потемневшими серыми бусинками. Они уже не казались мне всегда смеющимися, я уже не могла найти в них былого очарования.

Во-вторых, мы начали вести общее хозяйство, чего раньше не делали ни он, ни я. Мы складывали все наши доходы, подсчитывали прибыль, планировали, как мы ее потратим.

Сумма росла, потому что ни я, ни Егор не работали вхолостую — каждый день живая копейка. Но с ростом накоплений почему-то сразу стали возникать проблемы с тем, как тратить деньги. Егор и я совершенно расходились во мнении, что нужно приобрести в первую очередь. Меня все чаще называли плохой, расточительной хозяйкой, хотя я не замахивалась ни на норковое манто, ни даже на левый рукав от него.

Пререкались мы, пререкались, ну а я тоже за словом в карман не лезла. Первые ссоры носили характер разведки.

Они даже придавали особую пикантность нашему едва образовавшемуся союзу. Но вскоре в них наметилась явная закономерность, а это меня уже настораживало. После одной из такой перебранок я взяла и спрятала деньги, приличную сумму, которую подарили нам на свадьбу родители Егора и мои, в потайное место. Потом подумала-подумала и прибавила к этой сумме ту, что мы накопили за эти несколько месяцев, оставила какую-то мелочь на расходы. Меня не мучила совесть. Это была моя квартира, и некоторые ее особенности, тайники я до поры до времени решила мужу не открывать.

Предки наши строили планы, в которых все было до предела ясно, примитивно и предсказуемо. Мы должны были сделать ремонт, хотя бы косметический. Выбросить старую мебель, купить новый холодильник и приличный телевизор. Именно на это нам и была подарена внушительная сумма в «зеленых». Я так подсчитала, что родители Егора сделали более весомый вклад в развитие нашей семьи. Никто соревнований на самое большое капиталовложение проводить не собирался, но я не могла не отметить этот факт.