Может, алкоголь так действует на меня или просто мне становится невыносимо видеть рядом с ним другую девушку. Закидываю руку за голову и обнимаю Эдика за шею. Он наклоняется ко мне ближе и прижимается к месту у основания шеи.

А потом резко разворачивает меня лицом к себе, обнимает за талию и начинает кружить в танце. Прикрываю глаза, чтобы больше не смотреть в противоположную сторону, но через несколько минут не выдерживаю и снова начинаю подглядывать.

Марат продолжает сверлить меня нечитаемым взглядом, а потом кладет руку на бедро брюнетке и начинает медленно двигать ладонью вверх, постепенно задирая ей платье.

Меня простреливает очередной виток боли, но я не могу перестать на это смотреть. Почему? Не знаю.

Возможно, увидев его с другой, я перестану чувствовать в глубине души зияющую пустоту и идиотскую надежду. Но на самом деле я чувствую совсем другое. Что-то колющее, мерзкое и неприятно разъедающее мои внутренности. Что-то очень похожее на ревность. И сама не могу поверить во весь этот бред.

Я еще сильнее прижимаюсь к Эдику, потому что колени дрожат все сильнее. Хорошо, что тот в ответ крепче обнимает меня за талию, иначе я бы сейчас позорно осела на пол.

Зачем я только затеяла всю эту игру, разве не ясно было с самого начала, что я проиграю.

Утыкаюсь лбом в плечо друга и прикрываю глаза, но потом чувствую, что жжение между лопатками становится сильнее. Осторожно оглядываюсь и замечаю, что брюнетка загадочным образом исчезла. А Марат устрашающей тучей движется прямо на меня.

Глава 8

Я срываюсь с места так быстро, насколько позволяют мои ослабевшие ноги, ныряю в самую толпу танцующих и несусь в сторону туалетов. Он ведь не пойдет за мной в женский туалет? Хотя Марат способен на все что угодно.

Внезапно прямо передо мной появляется Арина, взъерошенная и перепуганная. За ней что тоже волки гнались? Она хватает меня за руку и тащит на улицу.

- Давай, уйдем отсюда, как можно скорее, - просит дрожащим голосом, а сама при этом постоянно оглядывается назад, - мне что-то плохо стало от выпитого.

- Давай, - сразу соглашаюсь, потому что мне необходимо исчезнуть прямо сейчас.

Мы вместе выбегаем из клуба и бросаемся к первому попавшемуся такси. Когда машина трогается с места я успеваю увидеть в окно Марата.

Он стоит на крыльце клуба, сложив на груди руки, и провожает нашу машину своим фирменным мрачным взглядом. Меня только одно успокаивает в данную минуту. Раз Марат сразу вышел на улицу, значит Эдик не пострадал. И на том спасибо.

На следующий день в университет ехать еще сложнее, потому что к чувству необъяснимого волнения добавляется чувство стыда. Мне стыдно за то, как я вела себя перед ним вчера вечером. Не знаю, что на меня нашло, но не исключено, что за эту провокацию мне придется ответить.