Выписки с зарубежных счетов. Кое-какие договоры. И компромат на конкурентов.

– Вот бандит! Вот уголовник! – всплеснула руками мама.

– Еще какой… – Ната почесала кончик носа. – Но самое главное, я знаю, где он держит эту папку! И код от сейфа!

После этой фразы не закатить глаза было очень сложно. Сразу стало понятно, для чего в нашем доме аж три дня длился плач Ярославны и почему вдруг сестра приехала в отцовскую квартиру.

«Ничего не случается просто так!» – вспомнила я знаменитую фразу. И уже в следующее мгновение на наши с мамой головы обрушилась просьба.

– Сейф у него дома! Меня Костя ни за что и на порог не пустит. Но если ты попадешь туда, – Ната повернулась ко мне, – то сможешь забрать папку! Это несложно!

– Я?.. – Челюсть пришлось придержать. – Как?

– Варя, ты просто идеальный кандидат, – перешла в наступление сестра. – Ты ведь у нас педагог! И сейчас должна была закончить учебу!

Таких познаний о своей жизни я не ожидала. Словно дрессированная, интуиция тут же завопила: «Опасность! Нельзя!» Однако танк по имени Наталья Арбенина-Сукачева было уже не остановить.

– Ты сможешь наняться к моему мужу няней, – умоляюще уставившись на маму, произнесла Ната. – У Кости ни одна няня дольше чем на неделю не задерживается. Не уживаются они с этим деспотом. Его секретарша в постоянном поиске новой жертвы.

– Послушай, у меня нет никакого опыта. – Я нервно сглотнула. – К тому же Арбенину, наверное, нужна особая няня. С рекомендациями, иностранными языками и прочими регалиями…

– Ерунда! Рекомендации я раздобуду. Есть надежная подруга, она нарисует. А языки и… регалии Косте неважны. Он сам кроме народного трехэтажного ничего не знает.

– Но даже внешне… Какая из меня няня?

Будто ища поддержки, я заглянула в зеркало. С Натой общего было мало. Метр шестьдесят против модельного роста сестры. Ни ее пышных бедер. Ни выдающейся груди. Ни пухлых губ.

Не серая мышка, но и не красавица. Да и в возраст, двадцать два года, без паспорта никто не верил.

Вряд ли обеспеченный отец позволил бы такой присматривать за его ангелочками. От этой мысли я даже успокоилась. Выключила внутреннюю сигнализацию.

Однако Ната снова всхлипнула, притянула к себе коробку с салфетками. И спустя мгновение кокер-спаниель в соседней квартире взвыл на весь дом.

* * *Уже на следующий день я поняла, что значит – чувствовать себя полной дурой.

Не самое приятное ощущение!

Охранник Арбенина минут пятнадцать рассматривал меня, будто перед ним не девушка, а пришелец из созвездия Гончих Псов. Перепачканный садовник осенил крестным знамением, когда служба безопасности разрешила пройти за калитку. А от вида дамы средних лет, с начесом, выпученными глазами и трясущимися руками, я едва не включила заднюю передачу.