– Боюсь, с этой женщиной даже ради детей… никак.

* * *О том, что с бабушкой что-то не так, стало ясно уже во время знакомства. Как только мы с Арбениным закончили перешептываться, наша бабуля из стадии осмотра перешла в стадию близкого контакта.

– Меня зовут Аделаида Генриховна, – важно сообщила она. – Можно бабушка Ада. Но лучше по имени и отчеству.

– Вам не нравится имя Ада? – тут же оживилась моя племянница.

– Не люблю, когда несколько раз в день напоминают про ад. – Словно перед ней открылись те самые адские врата, бабушка брезгливо поморщилась. – Ну а вас, хобби… кхе, ангелочки, как звать?

– Дарья. – На лице малышки расцвела самая ослепительная улыбка. – Можно Даша. Как вам удобнее.

Чертенка, который изобразил вчера в бассейне утопленника, было не узнать. От радости, что бабушка первой спросила у нее, Даша даже на носочки привстала.

– Хорошее имя. Короткое. – Бабушка погладила девочку по голове и перевела взгляд на мальчика.

– А меня Кондратий! – выпятив вперед грудь, важно сообщил он.

– Мда, что Кондратий, это заметно… – Аделаида Генриховна цокнула языком и правой рукой погладила себя по груди в районе сердца.

– Они очень хорошие дети, – не выдержав, вмешалась я. – Очень находчивые и любознательные. С прекрасно развитой моторикой и отличным воображением.

– А вы явно не мама. – Бабушка мазнула по мне не сильно заинтересованным взглядом и развернулась к отцу семейства: – Будем считать, что с приветствием закончили. Теперь я бы предпочла позавтракать и осмотреть свою комнату.

Будто приехала в отель, а не в семью, она пнула необъятный малиновый чемодан и расслабленной походкой направилась в сторону лестницы.

После такого поворота мы с Арбениным переглянулись. Он удивленно моргнул. Я потерла глаза. Однако детей, как оказалось, ничего не смутило."

"Не успела бабуля вместе с сопровождавшим ее охранником взобраться на второй этаж, как двойня бросилась отцу на шею. Столовая огласилась счастливыми воплями: «Бабушка!», «Ты нашел нашу бабушку!», «У нас теперь есть бабушка!», «Папа, спасибо!» – и оглушающе громким «Да!».

От этих криков у меня ненадолго заложило ужи. Но, словно никогда не слышал от детей спасибо, монстр никак не реагировал. Казалось, он даже не дышал. Синие глаза смотрели то на дочку, то на сына. Сильные руки обнимали обоих детей сразу. А выражение лица было таким, что впервые стало стыдно за прозвища вроде «монстр» или «чудовище».

Ни за что не призналась бы ни Нате, ни маме, но нынешний Арбенин мне даже нравился. Не как мужчина! Такие мысли я гнала от себя подальше. Нельзя! Муж сестры, хоть и бывший. Как отец. Пусть абсолютно неумелый. Скорее компьютерный Маугли, свой до мозга костей в виртуальном мире. И дикий в реальном. Но не равнодушный.