Был среди них и Великий дом Виво. Я знаю Преферо, год или даже два она была при дворе.

Я криво усмехнулся:

— Не друг.

— Не друг, — мотнула головой принцесса Леве.

— Что же, — задумчиво произнёс я. — Я знаком с ней где-то столько же, возможно, чуть меньше. Но знаком уже в зрелом возрасте, не раз сражался бок о бок с ней и один раз даже вместе с ней рвался на твоё спасение. Она упряма, но при этом честна, знает твои привычки и, похоже, умеет вести себя при дворе, воюет с Реолом с первого дня, достаточно сильна и, скорее всего, станет ещё сильней, когда войдёт в силу, так почему бы тебе не взять её в телохранители?

— Вместо тебя?

Я не стал отвечать на этот вопрос, просто напомнил:

— Разве не ты только что жаловалась, что не хватает людей, которые будут сообщать о действительно важных вещах, а не о том, что сегодня вместо телятины одни сухари?

Как никогда вовремя телохранитель принцессы, что всё это время стоял невдалеке недвижимой тенью в окружении моих теней, подал голос:

— Госпожа, время истекло.

Принцесса Леве на миг зло сжала губы, а затем кивнула:

— Спасибо, Лиал, ты прав.

Когда она уходила, я глядел ей в спину с широкой и довольной улыбкой на лице.

Прости, Преферо, но я обещал тебе, что подам бумагу с прошением, а то, что желание принцессы перебьёт любую бумагу какого-то хёнбена, в этом моей вины нет.

А потраченная кровь… Не первая и не последняя. Разве я не могу сделать подарок? Могу и делаю. Пусть твой огонь крепнет и больше не гаснет, Преферо. Защищай принцессу, держи её в курсе новостей этого лагеря, копи силы для того, чтобы вернуться домой. Пусть птенцы Кузни покажут, ради чего они хотели попасть на Игры Предков.

Глава 24

Реолец разорвал дистанцию, прекратив наш обмен ударами, в котором он начал проигрывать.

Я мог его не отпустить и дожать, но в ближнем бою я уже проверил всё, что хотел, настало время других техник.

Сжал кулаки, ломая плеть и ускорение, обновил на себе защиту и сложил первую печать.

Настало время проверить, сумею ли я повторить в бою то, что пока удавалось только на тренировке.

Сложил первую печать и тут же получил первый выговор:

— Господин, — недовольно произнёс Ирал, — для всех это будет первое применение техники. Каким бы вы ни были гением, но обычный идар не сумеет так быстро отказаться от звукового активатора.

Я едва заметно кивнул, принимая его упрёк. Всё верно. То, что сейчас здесь нет посторонних глаз, не говорит о том, что этих глаз не будет всегда. Можно держать это в уме, маскируясь только тогда, когда это требуется, а можно пойти более простым путём и перестать красоваться даже там, где это не причинит беды.

Поэтому через миг я выдохнул первое из четырёх слов:

— Раммас, — а затем принялся звуковым активатором подкреплять каждую из последующих печатей. — Огилус. Зиарот.