Не отдавая себе отчета в том, что делает, Хедер обвила руками его шею и ответила на поцелуй со всей силой страсти.

Разомкнув объятия, Халид удовлетворенно вгляделся в ее смущенное лицо.

– Обещай мне, что ты не причинишь себе вреда, – хрипло и взволнованно прошептал он.

– Клянусь, – проговорила Хедер и закрыла глаза, ожидая еще одного поцелуя.

Мягко улыбнувшись, Халид прижал ладонь к ее пылающей щеке. А потом встал и вышел из каюты.

Потрясенная девушка опустилась на кровать и провела по губам кончиками пальцев. Первый настоящий поцелуй. Хедер закрыла глаза, мечтательно вздохнула и попыталась возродить непередаваемое ощущение.

В следующее мгновение она покраснела от стыда. Господи! Этот мерзавец поцеловал ее, и ей понравилось! Мало того, она стонала и хотела большего. Он на всех женщин так действует или только на нее? Как она теперь будет смотреть ему в глаза?

Когда Халид сошел с корабля, заходящее солнце окрасило западный небосклон в легкий фиолетовый оттенок. Спустившись в шлюпку, он наконец увидел зрелище, никогда не оставлявшее его равнодушным, – устремленные в небо минареты Стамбула, города тайн и интриг.

Халид не собирался ехать в сам город. Он приказал гребцам отвезти его прямо во дворец к дяде.

Дворец Топкапы стоял на возвышении с видом на Золотой Рог, пролив Босфор и Мраморное море. Само название на турецком языке значило «пушечное дуло», и по обе стороны от входа высились громадные пушки. Месторасположение и сложная фортификационная система делали дворец практически неуязвимым. Халид окинул взглядом приближающийся дворец Топкапы. В неверном сумеречном свете он различал квадратные башни бань и восьмиугольные башни гарема.

Гарем, презрительно подумал Халид.

Как же он ненавидел это место! Его безжалостные и беспринципные обитательницы походили на красивых, но ядовитых змей, которых неуемные амбиции заставляли пресмыкаться перед господином. Их борьба за милость султана была жестокой и часто даже кровопролитной.

Принц прошел сквозь двойные чеканные двери гарема, инкрустированные жемчугом. Ага-кисляр провел господина по извилистым коридорам в покои его тети и удалился. Там, в роскошном зале, его ждали бас-кадина Нур-у-Бану, любимая жена султана, Мурад, его наследник, и Мирима, мать Халида и сестра султана.

– Как я посмотрю, ты наконец решил помочь своей семье в тяжелую минуту, – проговорила Мирима, приветствуя своего единственного выжившего сына.

– Халид! – с явным облегчением произнес Мурад.

– Добро пожаловать, дорогой племянник! – добавила Нур-у-Бану с искренней сердечностью.

Несмотря на то что Халид бывал в покоях у тети бессчетное количество раз, роскошь убранства неизменно поражала его воображение. Пол был вымощен изысканной плиткой, которую покрывал роскошный ковер.