Удивительно, как незаметно любовь проникает в сердце человека, заполняя многолетнюю пустоту.

О чем, во имя Аллаха, он только думает? Усилием воли Халид стряхнул с себя сентиментальные мысли. Эта женщина предназначена не ему. Она послужит орудием мести, а потом он избавится от нее.

При мысли о том, что могло бы быть, сердце принца мучительно сжалось. Не будь Хедер нареченной его врага, он оставил бы ее у себя навсегда. Странно, он и не знал, насколько был одинок, до тех пор пока в его жизни не появилась эта женщина. Но она была невестой Фужера и, более того, единственным слабым звеном в обороне Хорька. Если бы Хедер знала, что ее ждет, она бы, не раздумывая, покончила с собой.

Усилием воли Халид изгнал из сердца жалость. Души погибших сестры и брата взывали к возмездию.

– Вставай, моя рабыня. – Принц потрепал Хедер по плечу.

Хедер перевернулась на другой бок спиной к принцу и натянула на голову одеяло. Принц наклонился и, грубо сдернув с нее покрывало, скомандовал:

– Подъем!

Хедер резко села на кровати. Взгляд изумрудных глаз прояснился, устремился на принца и мгновенно исполнился ненависти.

– Раб не имеет права спать, когда ему вздумается, – проговорил Халид, силясь заглушить боль в сердце, порожденную ее взглядом. – Раб должен быть каждую минуту к услугам своего господина.

– Каждую минуту? Халид зловеще улыбнулся.

– Тысяча извинений, мой господин, – выпалила Хедер. – Я всегда ваша послушная раба.

– Ты прощена, – довольно кивнул Халид.

Проигнорировав сердитый взгляд девушки, принц подошел к ее дорожному сундуку, откинул крышку и стал рыться в вещах. Выбрав темно-зеленое платье, он швырнул его на кровать.

– Ты испачкалась, пока убиралась, – сказал принц. – Переоденься.

– Какая разница, грязная я или чистая? От новой работы я все равно запачкаюсь, – отозвалась Хедер. – Я испорчу еще одно платье, и граф будет очень недоволен, когда узнает, что ему придется покупать мне новый гардероб.

Халид приподнял бровь.

– Ты больше никогда не увидишь графа, так что можешь не страшиться его неудовольствия. И запомни, что раб никогда не оспаривает мнение своего господина.

Принц и девушка обменялись молчаливыми взглядами.

– И?.. – Хедер приподняла медную бровь совершенной формы.

– Что – и? – Халид прекрасно понимал, о чем идет речь, но хотел специально подразнить ее.

– Вы дадите мне возможность переодеться?

– Я уже говорил тебе, что раб не имеет права на уединение.

Какой смысл спорить с животным? Повернувшись к нему спиной, Хедер развязала пояс юбки, которая тут же упала к ее ногам. Стянув через голову блузку, она отбросила ее в сторону.

Халид с наслаждением рассматривал ее нежную спину, просвечивавшую сквозь тонкую сорочку. Затем его взгляд скользнул вниз по ее стройным ногам.