А когда ее сын достиг бы совершеннолетия, вас с султаном Селимом постигла бы та же участь.

Мужчины замолчали. План Линдар казался вполне логичным и мог бы сработать. Если бы не Хедер и ее английская игра в прятки.

– Это все, – сказал Мурад.

Халид встал и протянул руку жене. Она проигнорировала этот жест.

– Ты уверен, что это все? – спросила Хедер.

– Осторожно, – предупредил Халид. – Где твои манеры?

– Я чуть не утонула, а ты ругаешь меня за плохие манеры? – раздраженно переспросила Хедер.

Мурад ободряюще улыбнулся:

– Правосудие будет совершено, как только я посоветуюсь с отцом.

Халид помог жене встать и проводил ее до двери. Мирима с Нур-у-Бану вопросительно взглянули на него, но принц молча передал им Хедер и снова захлопнул дверь.

Мурад взглянул на двоюродного брата:

– Я ей верю.

Из-за лакированной китайской ширмы вышел султан Селим. Глаза его были затуманены яростью и вином.

– Прикажи ага-кисляру составить смертные приговоры предателям, – сказал он, обращаясь к своему сыну. – И этому хромому отродью тоже. И принеси их мне на подпись.

Развернувшись на каблуках, Селим направился к внутренней двери на другой стороне комнаты, бормоча себе под нос:

– Аллах, мне нужно выпить.

– Ты его слышал, – сказал Мурад Халиду и позвал главного евнуха: – Принеси пергамент, чернила и печать султана.

Мурад закрыл дверь. Не говоря ни слова брату, он вышел на террасу. На сердце у него было тяжело. Он не мог предать смерти невинное дитя.

– Малыш ни в чем не виноват, – тихо проговорил Халид, выйдя на террасу следом за братом.

Мурад резко развернулся:

– Быть сыном предательницы – это преступление.

– Карим – твой сводный брат и...

– ...и может быть использован против меня недружественными субъектами, – перебил его Мурад.

– Подделай смертный приговор и отдай Карима мне.

– Зачем?

– Мирима сказала султану, что моя жена ждет ребенка, – сказал Халид. – Я заберу Карима в Невестин замок и воспитаю его как своего собственного сына."

"– А как быть с Фужером?

– Жизнь Карима для меня важнее, чем смерть Хорька.

– Почему?

– Убийства невинных оказывают дурное влияние на качество сна, – ответил Халид. – Это я знаю по собственному опыту.

– Если его истинное происхождение станет известно, в империи может начаться гражданская война, – сказал Мурад.

– Ты тогда уже будешь старым султаном, да и у меня не останется сил, чтобы воевать с тобой, – возразил Халид. – Я воспитаю Карима так, что он станет вторым Султановым Псом и никогда не узнает, кто его настоящий отец. Поверь мне, брат.

Мурад промолчал. Вернувшись в комнату, он принялся ходить из угла в угол. Казнить сводного брата или пощадить его? Мурад любил золото и женщин. А также он любил то, что получалось в результате занятий любовью, а именно детей.