* * *"

"В субботу я в институте я вновь «случайно» встретил Риту Баранову. Та сообщила мне, что приехала к отцу. Вручила мне очередной набор фотографий, где я увидел своё лицо в различных ракурсах. Поинтересовался, почему Рита не распечатала кадры, на которых я позировал в компании с Котовой — Баранова сообщила, что те получились «не очень».

Котова сегодня отреагировала на появление профессорской дочки спокойно. Поздоровалась с Ритой приветливо; с вежливой улыбкой выслушала Ритин эмоциональный рассказ о завершившемся вчера в Минске Чемпионате мира по биатлону. Мне почудилось, что Лена посматривала на Баранову с жалостью и сочувствием, как на смертельно больную.

* * *В субботу Котова уже не настаивала на запуске работы нашего кондитерского цеха.

Вечером я преспокойно отправился на свидание со Светочкой.

А в воскресенье (после завтрака) мы с Леной поехали на встречу с Олегом Котовым.

* * *В воскресный полдень зал кафе «Солнышко» был едва ли не битком набит народом. За столами почти не было свободных мест. Мы с Леной явились сюда раньше Олега. Уселись за освободившийся перед нашим появлением стол у окна. Лена ребром ладони сдвинула в сторону лежавшие перед ней на столешнице крошки. Я расставил на столе тарелки с выпечкой, стаканы с молочными коктейлями и чашки с горячим чаем.

Отметил, что посетителями кафе сегодня в основном были шумные молодые мужчины и женщины. Детей за столами я не увидел, не заметил в зале и людей старшего возраста. До появления в кафе старшего брата Лены я трижды рыкнул «занято», когда к нам за стол пытались присоседиться. То справа, то слева от нас раздавался задорный смех — солнечный весенний день наградил советских граждан хорошим настроением.

Хорошее настроение поначалу было и у Олега Котова.

До того, как он услышал наше предложение.

— Не понял, — сказал Олег. — Какая ещё женщина? Почему я?

Мы с Леной ещё утром договорились, что не озвучим Олегу фантастическую версию с «вещим сном». Хотя именно ею Котова объясняла себе все мои «странные» с её точки зрения поступки. Я вслух не подтверждал и не опровергал эту её догадку (единственным озвученным мною «сном» был тот случай с Ниночкой). Для Олега я «вещий сон» в своём рассказе поменял на «достоверный источник», который «пожелал остаться неназванным».

Поэтому я преподнёс Котову историю нападения на Риту Баранову иначе, чем рассказывал о ней его сестре. В версии для Олега «достоверный источник» предупредил меня: некий влюблённый в профессорскую дочку мужчина задумал в канун Восьмого марта совершить «месть». Этот пока не состоявшийся мститель разболтал о своих планах приятелям. Транзитом через них информация о запланированном нападении добралась до меня.