В такие дни получалось абсолютно все: не разбивались флаконы с витаминными настойками, не проливались эликсиры, и клиенты шли один за другим. А у соседки-аптекарши напрочь сгорело рагу, и запах в открытое окно доносился такой, будто она умудрилась спалить не только обед, но даже очаг.

Я была в кухне, превращенной в магическую мастерскую, доделывала шипучки для ванн с омолаживающим эликсиром, когда тихо скрипнула дверь в лавку. Обтирая руки о передник, я выглянула в торговый зал. На пороге стоял Уильям Брент собственной персоной и задумчиво рассматривал лавку. Взгляд остановился на мне.

– Здесь пахнет корицей и кофе.

– А ты ждал, что в лавке черной ведьмы будет пахнуть сырым подвалом? – Поспешно снимая замусоленный фартук, я направилась к прилавку и спряталась за старой кассой, как за баррикадой. – Решил купить укрепляющих эликсиров?

– Хотел отдать тебе одну важную вещь.

На темную столешницу легла коробка, перевязанная алой лентой.

– Посмотри, – подогнал Уильям. – Надеюсь, что эта вещь сможет доказать тебе серьезность моих намерений."

"Я открыла крышку и, не веря собственным глазам, уставилась на аккуратно сложенные, отстиранные и наутюженные, прабабкины панталоны в сердечко. Меня покинул дар речи. Я столько радовалась исчезновению треклятой тряпки, что, похоже, сглазила.

– То есть… – наконец нашла в себе силы открыть рот. – Ты отыскал панталоны…

– И сам постирал, – вставил Уильям, вероятно, начиная чувствовать, что чем-то не угодил капризной невесте.

– Постирал своими руками, – согласилась я, – и принес ко мне в лавку.

– Так и есть.

– Вместо обручального кольца?!

– Кхм… – глубокомысленно отозвался он.

– Не постесняюсь спросить, из каких соображений ты выбрал столь… изощренный способ выразить свои намерения? – любезным тоном уточнила я, желая ненавистными портками оригинала придушить.

– Я решил продемонстрировать, что ты меня привлекаешь как женщина даже в нелепой тряпке. Думаешь, мне сейчас стоит уйти, а завтра попробовать еще раз? С кольцом?

Уйти ему не удалось. Он вообще не догадывался, когда входил в логово к черной ведьме, что по собственному желанию взял себе невозвратный билет на омнибус в преисподнюю.

Я не услышала подъезжающей кареты и звонкого стука конских копыт (между прочим, королевские кони, проигранные бабке его величеством в покер), а ощутила приближение тяжелый ауры верховной ведьмы.