– Это мне непонятно… Но я вижу в твоих глазах огонь, разрушение, вижу моря крови, которые ты пролил… однако ты веришь, что делал это не для своих утех, а… как ты это называешь, для прогресса, для человечества… Да, ты – не гозиял. Да, ты даже не из Шара. Но кто – ты?

– Я с планеты Земля, – сказал он мрачно. – Да, той самой…

– Почему я не могу заглянуть в тебя?

Мрак беспокойно переступил с ноги на ногу, сказал громко:

– Девушка, а стоит ли так глубоко заглядывать? Знаете, мужская душа – потемки.

Она перевела взгляд на него. Чуть вздрогнула, побледнела:

– И ты… Что вы за существа?.. Ты пролил крови не меньше, ты убивал, жег, вешал, распинал, сдирал кожу… но опять же не для себя… Как это можно? Наверное, ты очень страдаешь?"

"Мрак сказал с готовностью:

– Да, ужасно! Просто ужасно. Целыми днями не сплю, по ночам не ем, в Урюпинск не ездию. Ты лучше со мной дела имей, красотка, а не с этой мокрой курицей. Уж я тебе такого нарасскажу, что в самой волнительность появится.

Олег поморщился:

– Мрак, не ерничай. Игарна, дело очень серьезное. Мы оттуда, как я уже сказал, откуда якобы исходит опасность. Но это может быть и… неверно. Верно в том, что опасность оттуда исходит, это верно, но точно ли, что мы – раковая опухоль? А если мы – просто дети? А дети часто бывают очень жестокими. Они тоже проходят циклы эволюции, только уже не звериной, те циклы в утробе, а социальной… Вот мы двое. Не враги. Мы в восторге перед лабунянами, мы хотим у вас учиться, общаться, сотрудничать, быть хоть в чем-то для вас полезными… Ибо вы уже своим существованием даете нам надежду. Вы – зажженный маяк во тьме тысячелетий будущего! Мы уже любим вас и преклоняемся перед вами… за то, что есть! Мы пойдем за вами всюду, как… как…

– Оруженосцы, – подсказал Мрак.

– Оруженосцы, – повторил Олег, поморщился, – нет – лаборанты, ученики, послушники, последователи! Мы изо всех сил будем стараться оказаться вам полезными.

Игарна смотрела на них во все глаза. Ротик ее в удивлении приоткрылся, а глаза стали круглые, круглые как, в самом деле, у ящерицы. Но не ахнула, не упала в обморок, только переводила потрясенный взгляд с одного серьезного лица на другое.

– Так вот почему, – прошептала она наконец, – так много странностей… даже для гозиял!..

– Да, – ответил Олег. – Но разве не доказательство, что мы чего-то заслуживаем, если так долго могли прикидываться жителями Шара?

Она покачала головой:

– Других вы не обманете. Это я… еще ребенок. И мой дед, что заскочил на минутку, если бы задержался хотя бы еще на пару минут… Но, любимый, что нам эти расстояния? Что нам разные миры?.. Теперь я знаю, что намного больше тебя знаю и умею, просто неизмеримо больше!.. Однако рядом с тобой все равно мне так защищенно, уютно и надежно, как никогда и нигде не было.