– Ага, – прошептал Мрак одними губами, – вот и первая разумная ящерица…

– Мрак…

– А чо, не видишь, как за ней хвост волочится?

– Заткнись, – прошептал Олег.

Его взгляд пересекся с взглядом девушки. Он ощутил сильнейший электрический удар, а потом поднял взгляд и посмотрел ей в глаза. Это было, как если бы он снова оказался в нуклонном море: ласковое теплое море, чистота и защищенность, покой, ласка.

Мрак рядом громко крякнул. Олег поспешно сказал:

– Здесь чудесно… Мы не сильно вам помешали?

Она смотрела на обоих с безмерным удивлением.

– Помешали?.. Какое странное слово, уже почти забытое… Что оно означает теперь?

Олег пришел в себя, сказал горделиво:

– У нас много своих слов.

Глаза девушки распахнулись шире, а хорошенький ротик приоткрылся и остался в таком положении. Она была восхитительна, но Олег с болью и мукой видел, что все равно он – обезьяна, грязная и невежественная обезьяна, тупая и ограниченная, с никчемным запасом слов, в то время как это вот утонченное существо знает и умеет неизмеримо больше, ощущает тоньше.

– У… вас?

– Да, – сказал Олег и гордо отставил ногу. У лабунян такого жеста не было, но вроде бы пока не переборщил. – Ибо у нас самый правильный путь!

Ее хорошенький ротик распахнулся еще шире, но в глазах заблестел смех, она произнесла наконец с подлинным восторгом:

– Так вы… гозияне?

Олег сделал вид, что ужасно огорчен, сбит с толку, расстроен, сказал растерянно:

– А что… Откуда вы знаете?

– Ох, – произнесла она наконец. Вообще-то это было не «ох», даже Мрак помнил, что у лабунян существует двести семьдесят выражений, означающих удивление, и три тысячи оттенков каждого «ого» или «ух ты», но в бедном языке землян не нашлось ничего другого, и оба они услышали только это «ох». – Ох, как далеко вы… Вы здесь случайно или…

Она произнесла несколько слов, которых они не поняли. Мрак стиснул челюсти, ее язык уж чересчур богат, ярок, выразителен, а всего сотня тысяч переведенных слов сводились к простейшим понятиям человека племени папуасов или населения планеты Земля.

– И то, и другое, – ответил Олег с той же поспешностью, не давая заговорить Мраку. – Мы прибыли по своей воле, однако хотим везде побывать и немного расширить кругозор свой и… тех, кому расскажем.

Она просияла, заулыбалась, расцвела, как нежный цветок под первым лучом молодого солнышка.

– Ой, как я рада!.. Я буду просто счастлива чем-то помочь… Пойдемте ко мне в дом… Меня зовут Игарна, ибо мне еще не выдали… и вот…

Речь ее зияла дырами, многие слова так и оставались тайной, не отыскивалось даже близких аналогов, но голосок звучал музыкально, щебечуще, улыбалась чарующе, и Олег заставлял себя тоже улыбаться.