Во всяком случае, давно.

Мрак вздохнул тяжело, отвернулся:

– Ладно… Вообще-то все женщины… это… ну, видим их не такими, какие они… есть.

Олег же продолжал смотреть неотрывно, так и эдак, просканировал во всех диапазонах зрения, видел то размытый силуэт, то монолитную глыбу, а когда вернулся к обычному зрению «а ля человек обыкновенный», на том месте, где узрели прекрасную блондинку, высилась обычная глыба из розового с вкраплениями оранжевого камня. Просто солнечные лучи сдвинулись на миллиметр, и прекрасная иллюзия исчезла.

За спиной грубо выругался Мрак.

Лицо было злое, расстроенное. Перехватил взгляд Олега, сказал люто:

– Это что же, везде будут бабы мерещиться?

– Не везде, – предположил Олег. – Где-то монстров увидим… Но еще хуже, если увидим безобидный пень, а там окажется монстр.

Мрак подумал, махнул рукой:

– Ладно, пусть будут бабы на месте камней… с округлыми формами. Покатыми такими, чтоб вот здесь и здесь выступы, а здесь вот так, понимаешь… В крайнем случае, лоб разобью или поцарапаюсь…

Олег не дослушал этот бред, сказал буднично:

– На эту планету переселяться не стоит.

Мрак запнулся, руки его застыли в воздухе, ладони горстями кверху, словно подхватывал нечто крупное и округлое.

– Почему?

– Вот-вот начнется ледниковый период.

– «Вот-вот» – это сколько?

– Тысяч через пять, – заметил Олег. – А то и раньше…

Мрак сказал саркастически:

– Намного?

– Лет на сто-двести, – объяснил Олег серьезно. – Посмотри на их солнце! Видишь те фиолетовые линии?

Мрак посмотрел на солнце, потом с подозрением на Олега, снова на солнце, потом заскучал и, перейдя на иной спектр зрения, стал смотреть на внезапно ставшее черным небо.

За спиной – мириады звезд, целые звездные рои, а впереди – чернота, тускло светятся очень редкие звездочки. Это и есть – стоять на краю галактики. На твердом берегу, а дальше – бескрайнее море космоса. Правда, вон там, очень-очень далеко, крохотные звезды, что значит – островки в безбрежном черном океане.

Но только прикидываются звездочками, все, за двумя-тремя исключениями, – галактики, а те, которые исключения – спутники этой галактики. Вон та звездочка и есть место, куда Олег нацелился.

Вблизи распадется на шарик из миллиона звезд, что друг от друга на хрен каких расстояниях, конем бы их скакать… гм… долго.

– Ну что, – сказал Олег чужим голосом, – готов?

– Убил бы, – пробормотал Мрак.

– Кого?

– Тебя, кого же еще, – буркнул Мрак. – Одно и то же. Попугай, не человек.

Олег вспыхнул синеватыми искрами, и тут же блаженный покой охватил Мрака, обхватил и накрыл с головой, сразу погасив все тревоги, заботы, печали, теперь он покоился в теплой утробе, защищенный и бережно сохраняемый.