– Зоя, – позвала я, понизив голос. Впрочем, я могла не беспокоиться, что мужчины подслушают наш разговор. Отец допрашивал Иэна. – Я так давно хотела поговорить с тобой…

Зоя кивнула.

– Я знаю. Мама мне говорила каждый раз, когда ты звонила.

Но она и не подумала извиниться за то, что игнорировала мои звонки.

– Мне очень жаль, что мы расстались так. Я вовсе не хотела обидеть тебя или занять лучшее положение. Я думала, что оказываю тебе услугу, чтобы тебя не втянули в это все.

Зоя поджала губы, и взгляд ее сверкнул холодом.

– Я вовсе не возражаю, чтобы меня в это втянули! Я хотела быть втянутой, понимаешь?! И это было бы здорово – в пятнадцать лет уже получить задание! Я могла бы сделать головокружительную карьеру! Папа так бы мною гордился!

Я постаралась очень осторожно подобрать слова, чтобы сестра не восприняла их как оскорбление.

– Да, но еще один год в обществе папы – это тоже головокружительно. У него огромный опыт – и тебе стоит взять у него как можно больше, можешь мне поверить. Даже если тебе придется ждать задания до шестнадцати, ты все равно обгонишь большинство.

Меня тошнило от каждого моего слова, но Зоя, похоже, купилась на них.

Меня не беспокоило, что она хочет быть частью нашего дела – но меня убило наповал, что она явно стремится к этому, чтобы произвести впечатление на отца.

– Пожалуй, да. И я многому учусь. Но мне хотелось бы приобрести, наконец, если не собственное задание, так хоть какой-то практический опыт. С папой – это все теория. Я даже никогда еще не видела мороя.

– Я уверена, что он это исправит.

Слушать это было не очень приятно, но Зоя хотя бы стала разговаривать со мной.

Свет погас, положив конец нашему разговору.

Зал наполнила органная музыка и запах ладана. Ладан и ароматические смолы часто применялись в магии, и у меня тотчас же возникли ассоциации с книгами заклинаний, которые я скрупулезно переписывала. «Ладан используется для лечения ожогов. Он также может применяться для прорицания и для очищающих заклинаний…»

Я тут же пресекла этот поток мыслей. Даже если держать их при себе, думать о магии во время церковной службы алхимиков – это кощунство. Я поерзала, размышляя, что бы сказали все эти люди, если бы знали правду обо мне – что я занималась магией и целовалась с вампиром…

У алхимиков священников называли иерофантами.

Они благословляли и предлагали нуждающимся советы в духовных вопросах. В повседневной жизни они носили костюмы, но по случаю службы главный иерофант был в одеяниях, неприятно напомнивших мне одеяния некоторых Воинов. Это было еще одно напоминание о нашей общей истории – и, возможно, о нашем общем будущем. Маркус был прав. Я должна разгадать эту тайну, вне зависимости от того, оставлю я татуировку или обезврежу ее.