Это было последней каплей, убедившей Мишу Хвостова в приближении войны.

Весь день прошёл в работе и лишь вечером он позвонил супруге, которая в разговоре уловила такие нотки, каких от Миши никогда не слышала.

- Да что же за учения у вас такие? – спросила она. – Ты словно прощаешься со мной.

- Мы идём на Украину, - сказал Хвостов, нарушив данное себе обещание не говорить это супруге.

- Это надолго? – спросила она и замолчала, догадавшись, что речь здесь идёт совсем не о сроках предстоящего похода."

"- Прости меня, - сказал Миша. – Прости, если когда обидел.

- Нет… - растерянно произнесла супруга, имея в виду совсем не отказ простить обиды…

***

После обстоятельного доклада начальника штаба бригады подполковника Серова о порядке выполнения стоящих перед бригадой первоочередных задач, взял слово командир.

- Я требую от каждого командира подразделений осторожности в действиях, - Павлов ходил перед строем старших офицеров бригады, собранных на уточнение задач перед началом выдвижения. – По данным разведки, которые были доведены мне в штабе армии, вооружённые силы Украины не готовы оказывать нам сопротивление, и, по всей видимости, операция пройдёт по сценарию Крыма. Однако, не стоит думать, что это будет лёгкая прогулка. Оружие применять только в рамках самообороны. Это всем понятно?

Мнение старших офицеров бригады разделилось: кто-то всерьёз опасался жёсткого сопротивления со стороны украинских военных, кто-то склонялся к «крымскому сценарию», опираясь на результаты войсковой разведки, с воздуха не обнаружившей никаких засад, а равно и готовности противника к отражению вторжения.

- Давайте богатыри, я в вас верю, - завершил свою речь командир бригады. – С богом!

Командирам подразделений были доведены рабочие и запасные частоты, время прохождения контрольных точек маршрута, уточнены позывные, после чего все разошлись по своим боевым местам.

***

Сам переход границы не представлял никакой сложности. В полночь поступила команда к началу выдвижения и лес, в котором стоял танковый батальон, засвистел турбинами и залязгал гусеницами. Десять километров, которые разделяли батальон от украинской границы, прошли быстро – кое-кто даже не успел окончательно проснуться.

Приближаясь к государственной границе, Миша испытывал разные чувства, преобладающим из которых была гордость за порученное дело. Его танк шёл первым, и когда показались огни контрольно-пропускного пункта, Хвостов понял, что его фамилия будет вписана в историю, ибо именно он, старший лейтенант Михаил Хвостов, в настоящий момент первым из всей огромной группировки войск, пересекал границу.

Границу между миром и войной.