Повернувшись к Красницкому спиной, он взял Катю под руку и увлек в зал. Она послушно шла за ним.

– Не слушайте этого балагура. Он вам такого наговорит…

– А если уже наговорил? – спросила она, вспомнив свою первую встречу с Красницким.

– Что именно?

– Да так… Не важно… А куда мы идем?

Люди в зале сидели за накрытыми столиками; на ногах, как в самом начале вечера, не стоял никто. Но Саврасков подвел к столику, сервированному на две персоны, отодвинул стул, чтобы помочь ей сесть. Сам сел напротив, посмотрел на нее с улыбкой человека, у которого только что осуществилась самая заветная его мечта.

– Феликс Михайлович – сложный человек, – сказал он. – Но все-таки я уверен в нем, как в самом себе.

– Он вас никогда не подводил?

– Никогда. И еще он мой большой друг. Поэтому и познакомил меня с вами. А так бы я не решился к вам подойти.

– Почему? Неужели я такая грозная?

– Я бы не сказал, что грозная, но вид у вас неприступный. Статная неприступная красавица. И еще вы поете очень хорошо. Голос замечательный. На сцене смотритесь превосходно.

– Спасибо, – зарделась от удовольствия Катя.

Что ни говори, а лесть – это приятно.

– За правду спасибо не говорят.

Над Катей склонился официант. Сначала он налил вина в бокал, затем спросил, какое блюдо подавать, рыбное или мясное. Она выбрала мясо, потому что рыбного и без того хватало. Холодная осетрина под соусом, креветки с грибами, икра… В общем, с голоду не умрешь. А она после выступления совсем не прочь была перекусить.

– Вы, Катя, еще только начинающая артистка, но я уверен, что у вас большое будущее… Кстати, кто вас продюсирует?

– Ираклий Валерьев.

– Слышал о таком… И как он, вас не обижает?

– В каком смысле?

– Ну, мало ли… Может, платит мало?

– Спасибо, я не жалуюсь.

– Может, пристает к вам?

– А вот это уже не ваше дело, – встрепенулась Катя.

– Не мое, – с сожалением согласился Саврасков. – Но хотелось бы, чтобы это дело было моим. Если вдруг у вас… э-э, скажем так, не очень ровные отношения с Валерьевым, я бы мог найти на него управу.

– Спасибо, но для этого у меня есть старший брат.

– Он что, важный человек?

Саврасков произвел на Катю выгодное впечатление, ей было приятно с ним общаться. Но это его неожиданное вмешательство в личную жизнь разозлило ее, и она решила с ним не церемониться.

– Он вор в законе.

Может, это звучит шокирующе, но ей хотелось, чтобы Алексей Аркадьевич испугался. И он действительно растерялся. Даже не нашел, что сказать."

"– И еще у него очень серьезный бизнес. Банки, рынки, казино. И костюм у него от Эрменеджильдо Зеньи, как у вас. Вид у него такой же цивильный. Разговаривает вежливо. Но все-таки он в законе, – с каким-то непривычным для нее и будоражащим злорадством сказала она.