– Что, Спартак твои проблемы решить не может? Не хочет сделать из тебя звезду?

– А ты хочешь, чтобы я звездой стала? – с горьким сарказмом спросила она. – Ну да, я тебе такая не нужна. Вот Катька – звезда, поэтому ты на нее и запал. А не звездой она тебе тоже не нужна, да?

– Наоборот. Не хочу, чтобы она звездой была… Поверь, мужиков это напрягает, если баба у него звезда…

– А Катька не у тебя! Катька сама по себе!

– Ну, может быть, – не стал спорить он.

– А я могла бы твоей стать…

Варвара подсела к нему, подобрала под себя ноги, положила голову ему на плечо. Жалкая она и беспомощная, как беспородный котенок.

У Кости язык не повернулся прогнать ее. Более того, он обнял ее за плечи.

– Я только тебя любить буду… – прошептала она, носом зарываясь в распахнутый ворот его рубахи.

Она и вела себя как замерзший котенок, и ластилась к нему, чтобы согреться. Не трогала застегнутые пуговицы на его рубахе, не пыталась его согреть, но со стороны можно было подумать, что у них с Костей началась прелюдия к постельным утехам. Именно так и подумал громила, неожиданно ворвавшийся в дом.

Дверь он открыл тихо, своим ключом, но в комнату вломился шумно, лихо, и наставил на Костю пистолет.

Второй амбал в черном костюме протопал в спальню.

– Эй, че за дела? – возмущенно протянул Костя, отталкивая от себя Варвару.

Но громила даже не собирался ему отвечать. Одной рукой он держал его на прицеле, а другой поднес ко рту радиостанцию.

– Спартак Евгеньевич, тут какой-то парень.

– Спартак Евгеньевич?! – ошеломленно протянул Костя.

А в ответ из рации донесся знакомый голос:

– Вадик, держи его на прицеле! Это Базальт!

Оказывается, и Мартын узнал его голос.

Радиостанция дорогая, эфир качественный, потому Костя и попал впросак.

– Лицом к стене! – скомандовал громила.

– Слышь, ты чего?

Косте не хватало всего полуметра, чтобы атаковать его. Он мог бы выбить пистолет из его руки, если бы не расстояние. И громила учуял колючие флюиды его намерений, поэтому опустил руку, взяв на прицел коленку. И палец его угрожающе шевельнулся на спусковом крючке.

Телохранитель у Спартака серьезный, и ему ничего не стоит прострелить Косте ногу. Так что лучше не пытать судьбу. К тому же к одному громиле добавился и второй.

– Нормально все! Не стреляй!

Костя повернулся спиной к телохранителю, поднял руки, как потребовал тот. И в этот момент на него навалились сзади, сбили с ног, и тут же на руках, сведенных за спиной, защелкнулись наручники. А вскоре появился и Спартак.

Не человек, а скальная глыба какая-то. Черты лица плотные, жесткие, рослый, мощный, и взгляд морозный, пробирающий. Косте приходилось встречать индивидуумов со столь внушительной внешностью, но не все они своим нутром соответствовали наружности.