И в этот момент лисёнок резко вцепился в мою руку своими клыками. Я не ожидал от него такого. Было хоть и не особо больно, но как минимум неприятно.

— Твою ж… Я освободить тебя хочу, а ты кусаешься, — посмотрел на лисёнка с осуждением.

Кицунэ склонил голову, как будто извинялся. Поднял столб, и лисёнок сделал несколько шажков вперёд. Он сел рядом и подставил рабский ошейник под мою руку. Будто говорил мне, что больше не укусит и просит снять.

Хоть в моё время монстров и не существовало, но даже тогда использовались рабские артефакты на людях, которых брали в плен. Как оказалось, для монстров не стали придумывать что-то другое, поэтому я знал, как его снять.

Протянул руку к ошейнику и нажал на выпуклость, влив немного магии, после чего рабский артефакт разделился на две половинки и упал наземь.

Почувствовав свободу, кицунэ подошёл ближе на трясущихся лапах. Он уткнулся в мою руку и начал тереться, довольно урча. В этот момент кровь лисёнка на его мордочке, которая еле струилась из ран от побоев, смешалась с моей кровью из укушенного пальца. И моё астральное тело задрожало.

Испугавшись странной реакции, я отскочил в сторону. Погрузился внутрь себя и внимательно осмотрел свой астрал. Вроде никаких изменений… Что это за странное колебание было? Может, показалось?

Не найдя ответа, я вернулся в реальный мир. Рядом со мной стояла рыжая девица, а лисёнок залез на мой ботинок и вилял двумя своими белыми хвостами, как радостная собака.

— Прости, но на этом наши дороги расходятся. Я тебя освободил, и на этом всё… У меня сейчас и так дел по горло, так что не могу взять тебя с собой. Уходи отсюда, — заявил я лисёнку, хоть и сильно сомневался, что монстр меня поймёт.

После моих слов кицунэ сразу перестал вилять хвостами. Он поднял голову и с печалью посмотрел мне в глаза. Длилось это лишь краткий миг, и лисёнок побежал в сторону лесного заповедника, что находился недалеко от поместья Боровского.

Прогнал все мысли о том, что я должен был взять его с собой. Хватит и того, что освободил. Больше над ним не будут издеваться. А дальнейшая судьба зависит только от него самого. Животное, тем более монстр, сможет самостоятельно выжить.

— Такое ощущение, что этот монстр понимал всё, что ты ему говорил… — подала голос стоящая рядом голая девушка.

Уже пришла в себя и успокоилась? Отлично. Сейчас решу, что с ней делать, и займусь следующей проблемой.

Слова рыжей красавицы напомнили мне то, о чём говорил распорядитель на аукционе: «Белые кицунэ слабейшие в своём виде, и их потенциал также невелик». Так что убежавший лисёнок по логике вещей не мог быть разумным… Или мог?"

"Ладно… Уже нет смысла думать о подобном. Нужно скорее выбираться отсюда, пока местная охрана не пришла в себя после устроенной диверсии.