— Папочка! Что ты делаешь дома так рано?"

"Он приглаживает мои волосы назад — это привычка, которую он завёл, когда у меня была лихорадка, ещё с тех по, как я была маленькой, и обычно это снова погружает меня в сон. Даже сейчас, когда я выросла, он всё ещё делает это.

Мне всегда нравилось, когда я болею. Это единственный раз, когда мои родители ухаживают за мной всю ночь без ссор.

Папочка — высокий мужчина с более тёмным оттенком светлых волос, чем у меня. Его светло-карие глаза под солнцем превращаются в завораживающие карие.

На нём костюм-тройка итальянского покроя, и он всё ещё в кожаных ботинках, что означает, что он недавно вернулся домой. Обычно он переодевается в свитер-кардиган, как только выходит из офиса. Если только у него нет компании.

Его следующие слова подтверждают мои подозрения.

— Нам с Джонатаном нужно обсудить кое-что важное с тобой и Эйденом.

— Это по поводу сбора средств? — Спрашиваю я.

— Давай поговорим в доме. — Папочка кивает своему водителю. — Спасибо, Дерек. На этом всё.

Эйден идёт за нами внутрь, а я продолжаю держаться за папочкину талию. У меня такое ощущение, будто я не видела его целую вечность. В последнее время он не только был занят, но и мама приходила без предупреждения, требовала, чтобы я проводила с ней время, и жаловалась, что я больше ни при каких обстоятельствах этого не делаю.

Чувство вины часто срабатывает, и я оказываюсь в её квартире, прежде чем осознаю это.

Мы идём в папин кабинет. Он такой же большой, как конференц-зал, с фотографиями в чёрных рамках предыдущих лидеров Консервативной партии, на которых Папочка смотрит снизу-вверх.

Дерево и люстры дают представление о древних корнях Папочки и о том, как сильно он верит в классику с современным уклоном. У всего в его кабинете есть своё время и место. Ты никогда не найдёшь бумаги, сложенные друг на друга или в беспорядке.

Он весь в законе и порядке до такой степени, что использует это в качестве лозунга своей кампании.

Посередине есть стол для совещаний с доской для презентаций и всем прочим.

Мы проходим в соседний зал с коричневыми кожаными диванами и креслами. Дядя Джонатан уже сидит там, потягивая скотч из стакана и просматривая в своём планшете что-то похожее на показатель FTSE 100* (Financial Times Stock Exchange Index — Английский фондовый рынок, отражающий состояние и развитие экономики Великобритании).

Эйден — точная копия своего отца внешне. У них одинаковые чёрные волосы и тёмно-серые глаза. У дяди Джонатана, однако, более острые черты, и он пугает ими своих противников. Он уничтожил бесчисленное множество компаний и конкурентов, пока они либо не исчезли с лица земли, либо не согласились на его условия. И всё, что его волнует, — это прибыль и движение вперёд.

Я рада, что папа его друг, а не враг.