Её психотерапевт сказал мне, что беспокоиться не о чем, потому что она в стрессе и в конце концов придёт в норму, как только убедится, что уложилась в срок.

— Я поела. — Она подходит ближе и гладит меня по щеке. — Посмотри на моего маленького мальчика, выросшего в мужчину. Я говорила тебе, что горжусь тобой сегодня?

— Ты только что это сделала.

— Где Сильвер? — Она смотрит мне за спину. — Я планировала приготовить лазанью на ужин.

— Она сказала Себастьяну, что останется со своей мамой. — Я ухмыляюсь. — Давай устроим свидание для двоих?

Выражение её лица падает, так как она всецело поглощена семейными сборищами, но затем она снова улыбается.

— Безусловно.

Я собираюсь оставить её в покое, но останавливаюсь у двери и оборачиваюсь.

— Мам?

— Да?

Она бросает на меня взгляд через плечо.

— Ты счастлива? С Себастьяном, я имею в виду.

Я бы сказал, что да. Он внимателен и даёт ей пространство, в котором она нуждается, но дьявол во мне хочет, чтобы её ответ был «нет» настолько плохим, что это отвратительно.

— Ну, конечно. — Её лицо расплывается в еще одной тёплой, ободряющей улыбке. — У меня наконец-то есть семья, о которой я мечтала.

— Я рад за тебя, мама.

Я не рад.

Да, я хочу, чтобы мама больше улыбалась, и она улыбается с тех пор, как мы переехали сюда, но теперь я начинаю сожалеть.

Я начинаю думать, а что, если бы я не согласился, когда она впервые рассказала мне о Себастьяне? Что, если бы я сказал ей «нет» вместо того, чтобы надеяться, что они в конце концов устанут друг от друга и расстанутся?

И самое смешное, что я не делаю «что, если». Я из тех, кто не оглядывается на прошлые события, а вместо этого смотрит вперёд.

Однако из моих правил всегда было исключение.

Она.

Моя Бабочка.

Мой хаос.

Я на секунду останавливаюсь у её комнаты, но решаю зайти в свою.

Хотя её аромат Шанель помогает мне спать по ночам, это также своего рода пытка — представлять её там, когда её нет.

Я переодеваюсь в домашние брюки и футболку, затем сажусь на кровать, опираюсь на одну руку и снова открываю книгу по выбору.

Тошнота.

Может быть, потому что я сам испытываю чувство тошноты, или что я вот-вот впаду в другой тип тошноты.

Вероятно, мне следует почитать историю, вместо того чтобы сосредотачиваться на чьём-то экзистенциальном кризисе. Как раз в тот момент, когда я собираюсь согласиться с этой идеей, моя дверь распахивается. Я ожидаю, что это будет мама, но она не распахивает двери.

Медленно я поднимаю голову и нахожу эти голубые глаза — яростные, темно-синие, как буря.

Сильвер стоит на пороге моей комнаты. Бретельки джинсового платья спадают с её бледных плеч. Золотистые волосы рассыпались по спине и лицу.

Она захлопывает дверь и шагает ко мне, как будто ад лежит у неё на голове.

Она вернулась и сейчас в моей комнате.