— А что мне делать, если Вилли и Ума даже при тебе начнут за мной усиленно ухаживать?

— Уверен, уже сегодня вечером и немцы, и итальянцы после общения со старшими родичами станут белыми и пушистыми. Может, вернемся к остальным?

— А куда нам торопиться, Алексей? Ты ведь так мне и не показал, что хотел…

* * *

К моему немалому удивлению, постоянное нахождение норвежки где-то неподалеку от меня не вызвало в нашей компании никаких вопросов. Ситуацию чуть позже мне объяснили братья Аль-Нахайяны:

— Георг провел разъяснительную беседу по поводу твоих обязательств перед Ольденбургскими, — улыбался Диаб, — все отнеслись с пониманием.

А Гогенцоллернам и Медичи сейчас не до Сони — до них начало доходить, в каком именно ключе с ними будут разговаривать старшие родичи.

— Очень на это надеюсь, — я отсалютовал братьям бокалом с французской минералкой.

— И мы надеемся, — кивнули они. — Как ни крути, но быть хоть краем причастными к подобного рода скандалам не есть хорошо для репутации… А у тебя здорово получилось их в себя привести, ты конфликтологию где-то специально изучал?

— В лицее факультатив был, вот кое-что и помню, — соврал я, не моргнув глазом.

— А мы только сейчас начинаем индивидуальный курс слушать, — с важным видом заявили они. — После увиденного сегодня отнесемся к изучению этой науки с большим рвением.

— Отец мне тоже обещал специалиста найти, так что приезжайте в гости, будет что обсудить.

— Обязательно приедем…

С принцессами и нашими девушками по поводу Сони мне пришлось разговаривать отдельно:

— Красавицы, я вас очень прошу, возьмите норвежку в свою дружную компанию! Чего вам стоит?

— В свою дружную компанию? — переспросила Демидова и хихикнула.

 — Лешка, да эта норвежка от тебя отойти боится! Чем ты ее так напугал?

— Красавицы, вы не поверите, пришлось поступить очень гнусно, — я тяжело вздохнул, — пообещал Соне, что пожалуюсь на нее старшим Ольденбургским.

— Ах ты подлый тип! — теперь хихикали и все остальные. — Как ты мог пасть настолько низко?

— Да уж, пришлось пожертвовать остатками репутации, но, надеюсь, у нас дуэлей больше не будет.

После охов и ахов, закончившихся, впрочем, довольно быстро, я продолжил:

— Красавицы, вот видите, на какие жертвы мне пришлось пойти? Обещаете, что подружитесь с Соней?

— Да-да, обещаем…

Успел я пообщаться и с Панцулаей.

Поболтав на общие темы и обсудив впечатления от отдыха, который для меня превратился в череду постоянных проблем и проблемок, и настоящий отпуск напоминал только отчасти, я задал девушке интересовавший меня вопрос:

— Лена, как у вас с Фрицем? — и, заметив, как она покраснела и замялась, продолжил: — Мне перед твоим отцом отчитываться, так что изволь рассказывать.