Лошади, что разбудят людей своим ржанием, напади хищный зверь или кинься из леса в атаку отряд чужаков, мирно похрапывают, опустив головы.

— Пробегись между ними, как тогда по бревну, среди хортов — и сразу же в лес, — кивнул я на спящих в два рядка воинов, что заняли всё пространство между повозками.

Узкий проход оставался только по центру, где ноги спящих напротив друг друга людей почти соприкасались. Пожалуй, я переоцениваю опасность. Китар сейчас даром, либо убьёт, либо тяжело ранит большую половину врагов. Добить остальных для меня не составит проблем.

— Хорошо, — еле слышно шепчет мальчишка.

Китар перехватывает копьё поближе к наконечнику, ища равновесие, и переступает через ближайшего спящего воина. Если сейчас кто-то проснётся и заметит крадущуюся тень…

— Ааа! — взвывает первый из раненых, когда, расставив в стороны руки, мальчишка бросается вперёд.

Вой немедля подхватывают новые глотки. Разбуженные криками люди повсеместно вскакивают с подстилок и тут же падают, разрубленные клинками Китара. Лагерь мгновенно превращается в ад. Вопли ужаса, стоны, фонтаны крови. Вот за что уважаю мальчишку, так это за решительность.

Если нужно прикончить пару-другую десятков врагов, Китар это сделает, не моргнув глазом. Ноль малодушия. Столько же ненужных сантиментов. Враги для него перестают быть людьми. В этом мы с ним похожи.

Но пора сменять парня. Время действия дара закончилось. Проскочив между двух соседних повозок, Китар исчезает в лесу. Главная сцена моя.

— Тревога! На нас напали! Все к экипажу хозяина!

Кричу, пробираясь среди вскочивших людей. До этой части лагеря Китар не добрался. Темнота, суета, толкотня. Всё орут, заглушая голоса командиров, пытающихся навести порядок, все куда-то спешат.

Бестолковый бардак. Я им пользуюсь. Мечи мага ждут своего часа на поясе в ножнах. С ними в этой тесноте неудобно. Распихивая купеческих дружинников, то и дело незаметно пыряю людей ножами, спрятанными в обеих руках.

Кого в печень, кого в грудь, кого в горло. Несколько секунд никто не может понять, что происходит. Потом первая попытка ответить ударом. Вторая, третья… Вот бойня и переросла в полноценный бой. Отпрыгиваю, вырываясь из гущи людей. Выхватываю из ножен мечи.

— Вы все сдохните! Смерть Зимородовым!

Всего несколько секунд после бегства Китара — и я сбрасываю маску. Пусть все видят, кто тут враг и предатель. Залетаю на ближайшую открытую повозку.

— Ну! Кто смелый?!

Пара увальней пытаются ткнуть меня копьями. Не с их мастерством. Срубаю наконечники и в стремительном выпаде достою обоих клинками. Пора на землю. Все успели меня рассмотреть и понять, что предатель один. Тут стоять неудобно. Повозка дёргается туда-сюда — стреноженные лошади поддались всеобщей панике.