Письма забрали, а вот саму оставили в городе и сказали ждать ответа. Хорошо, что с заданием Макарова все прошло быстро: стоило девушке только намекнуть, какой у нее есть товар, и представители сразу нескольких старых родов быстро выкупили как отложенные для них запасы, так и контракты на следующие поставки. А потом пришел он…

Англичанин, который предпочел не называть свое настоящее имя и к которому все обращались просто Смит. Мутная личность, которая еще недавно могла бы появиться в Китае или Индии, но никак не свободной Японии, но сейчас, увы, гарнизон города-порта Йокогама слушал его гораздо больше, чем свои официальные власти. Казуэ сначала просто отметила это, но не придала значения, а зря… Когда мистер Смит пригласил ее на встречу, то назад ее отпускать никто не собирался.

— Вы слишком много думаете о себе, дикари, — сильные пальцы сжали руки девушки, а потом медленно разорвали верх платья.

Все это время англичанин следил за ее реакцией, и Казуэ сразу узнала тот тип людей, от которого всегда старалась держаться подальше во время вынужденной работы в юкаку. Когда Смит говорил «дикари», это был даже комплимент. Японцы и другие азиаты были для него не больше чем животными. И он наслаждался той властью, которую ему давала британская корона в этой части света.

— Вы такой сильный! Настоящий мужчина! — Казуэ мгновенно взяла себя в руки: голос стал бархатным, а руки нежными волнами заскользили по телу англичанина.

— Неужели ты умнее, чем кажешься на первый взгляд? — англичанин усмехнулся и рванул платье дальше.

— Люблю силу, она как бриллиант, но, чтобы оттенить красоту настоящего камня, рядом же нужна правильная оправа? — Казуэ сама скинула остатки одежды и сделала шаг к окну.

Пусть ее будет видно с улицы, но лучи солнца должны красиво играть на коже. Если Смит заинтересуется, то это может развязать ей руки. Пусть хотя бы немного.

— Я слышал, у вас есть девушки, которые всю жизнь учатся доставлять удовольствие мужчинам.

— Они — дуры, — Казуэ чувствовала, что сейчас ей нужна не лесть. Смиту плевать на ее мнение. Но ему точно нравилось унижение других, признание его правоты, и Казуэ играла на этих струнах. — Считают, будто мужчинам нравится, когда их слушают, когда их окружают красивые традиции, которые на самом деле только сдерживают их настоящую силу. Впрочем, есть и другие, правильные… Например, традиция служить своему мужчине была в чести еще во времена Вильгельма Завоевателя.

Покачивая бедрами, девушка дошла до стоящей на столе бутылки шампанского. Наполнила один бокал, второй.

— Я поправлю пудру? — между делом спросила она. — Слуга идеального господина должна быть идеальна.