Они были настроены более чем решительно.

Свекор только головой покачал. Свекровь улыбнулась. Ричард взглядом дал понять, что нас с ним ожидает серьезный разговор.

Ну и, конечно, едва мы встали из-за стола, мой любимый муженек повел меня в нашу спальню – общаться.

– Милая, твое поведение излишне вызывающее для нашего общества, – решительно заявил он, едва дверь за нами закрылась. – Здесь привыкли жить по-другому, уважая традиции и подчиняясь многовековым законам.

– Вижу, – насмешливо ответила я, – как именно вы привыкли жить. Поэтому-то боги выдернули меня из другого мира. Чтобы обе расы начали снова общаться друг с другом. Но все, кончено же, подчиняются многовековым законам. А как же иначе?

– Все казала? – прищурился Ричард. – Марлена, я понятия не имею, что там задумали боги. Но ты живешь не среди них, а среди людей. А теперь еще – и среди драконов. И ты…

– Поцелуй меня, – перебила я его.

Стоит, умничает. А я, может, хочу его ласки! И внимания с его стороны!

Он на мгновение замер, затем обнял меня, прижав к себе. Его губы коснулись моих, мягко, но настойчиво. В комнате стало тихо, только часы на стене продолжали отсчитывать секунды.

До конца дня мы оставались в нашей спальне: ели, спали, болтали, занимались постельными играми. Даже ужинали здесь. Я отдыхала и от родни Марлены, и от собственного родича, мнившего себя чуть ли не владельцем Мироздания. Вот кому санитары со смирительной рубашкой точно не помешали бы.

Но, конечно, свои мысли я оставила при себе – не стала делиться ими с Ричардом. Иначе снова услышала бы нравоучения о том, что я не уважаю тысячелетние обычаи и законы.

Зато я наконец-то пришла в себя после событий последних дней, выспалась, вылежалась и на следующее утро чувствовала себя свежей, бодрой, отдохнувшей.

И служанку, присланную предком порталом, я встретила добродушной улыбкой. Правда, служанка почему-то вздрогнула, посмотрев на эту самую улыбку. Но то точно не моя вина."

"Звали девушку Мартой. Ей было шестнадцать лет. Она умела прислуживать знатным аристократкам и имела все задатки для того, чтобы выбиться в те же горничные, а может, и занять место экономки.

Позже, конечно, не сейчас. Пока же она смотрела на меня, как кролик на удава, послушно ловила каждое мое слово и вела себя крайне скованно. Вот где было огромное поле для работы. Моей, естественно.

Её платье серого цвета, хоть и чистое, было заметно перешито – на локтях выделялись аккуратные заплатки, а пояс стягивал талию чуть туже, чем требовалось, будто достался от старшей сестры. Волосы, тёмно-каштановые, были собраны в тугой пучок, но несколько прядей выбивались у висков, словно она торопилась. На ногах – стоптанные туфли, явно не по размеру: левая чуть сползала с пятки при каждом шаге.