Если я помог вам вытащить Сабрину, это только оттолкнуло меня от всего этого, а не приблизило. Не знаю, чем еще я могу быть полезен, кроме того, что уже делаю. Движения, время отправлений и тому подобное.

Брэдли встает, как будто не слышал ни слова из того, что я сказал. Тяжелая рука ложится мне на плечо.

— Разберись с этим, Кариев, — вот и все, что он говорит. А затем он направляется к двери, и звон колокольчика дает мне знать, что он ушел.

Я прислоняюсь головой к спинке сиденья и на мгновение закрываю глаза, цвета плывут в темноте моего зрения. На меня наваливается усталость, и на минуту я просто хочу все бросить. Все. Я хочу уйти. Даже Шарлотты на этот короткий миг недостаточно, чтобы удержать меня здесь.

Но в конце концов они меня найдут. Если не моя семья, то федералы точно. Я не смогу убежать от них далеко, не навсегда, и я не хочу оказаться в одной из их клеток.

А значит, придется продолжать играть в ту игру, в которую я сам себя втянул, по крайней мере пока.

Хуже всего то, что сегодня вечером я должен быть в одном месте. Где-то, где меня ждет моя семья, в частности, и от одной этой мысли у меня сводит зубы. Я хочу увидеть Шарлотту, поговорить с ней, побыть с ней, но есть некоторые семейные обязательства, от которых я не могу отмахнуться.

Сегодняшний вечер — один из них.

Мой отец устраивает вечеринку на своей яхте. Мне приказано присутствовать, и я подозреваю, что это для того, чтобы он мог увидеть последствия своего «урока». Лев позвонил мне с «приглашением» несколько дней назад и дал понять, что я не могу от него отказаться.

К тому времени, как я спустился вниз, меня уже ждал водитель. Я готовился в своем пентхаусе, подозревая, что отец пришлет водителя. Пока я скольжу на заднее сиденье, я думаю, осознает ли он, насколько предсказуем на самом деле. Знает ли он, как легко я могу предугадать, что он сделает дальше.

Это не имеет значения, мрачно думаю я, разглаживая руками накрахмаленную ткань костюма. Мне все равно не удалось сбежать."

"Все три моих брата на вечеринке. Лев ждет меня на причале, как раз, когда яхта готовится к отплытию. Излишества моего отца уже вовсю демонстрируют себя — почти голые женщины, разносящие напитки и подносы с наркотиками, миллиардеры в костюмах, развалившиеся на диванах, женщины на их коленях, нюхающие наркотики, делающие шоты. В воздухе звучит музыка, и я вижу своего отца на дальнем конце палубы, который с кем-то увлеченно беседует, пока яхта отчаливает, выходя на воду, чтобы провести остаток ночи.

Я уже бывал на вечеринках отца. До этого я никогда не возражал против наркотиков и излишеств, я даже принимал в них участие. Кайф, женщины, наркотики или моменты удовольствия — все это делает пребывание рядом с моей семьей в течение всего этого времени гораздо более терпимым.