Дело в том, что среди гостей я вижу высокую крепкую фигуру молодого брюнета, и в горле тут же пересыхает. Ненавижу себя за это. Иногда мне чудится, будто на всех этих светских мероприятиях окажется он, но, к счастью, этого никогда не происходит. И сейчас, я уверена, это кто-то очень похожий на него. Мне снова кажется.

Как и просил его отец — я исчезла. Выкинула сим-карту и никак не пыталась связаться с его сыном. Моя любовь оказалась нелепа, как первый блин. Ну да и черт с ней. Я в Диме разочаровалась. А когда это со мной случается, переубедить меня уже невозможно. Так что… В любом случае — это уже неважно.

— Для работы выставочной галереи достаточно пяти человек: галерист, куратор, пресс-секретарь, консультант и экспозиционер. Самым важным сотрудником является галерист. Так вот, я хочу представить вам…

Кто-то, напоминающий его, снова мелькает между фигурами, и я не могу сосредоточиться, спотыкаюсь на каждом слове. Потому что, как бы я ни относилась к Диме, он подарил мне сына. А в остальном — он для нас никто. Столько времени прошло, все давно не имеет смысла. Все было сложно, но фактов не изменить — он не поверил мне, бросил нас, гулял, жил своей жизнью, а я растила нашего сына.

Для нас с Васей он просто умер и все.

Как только лампочки, порхающие по залу для пущего торжественного эффекта, стреляют по толпе с новой силой, я и вовсе перестаю переводить. Во рту словно песка насыпали, и то, что Владимир Иванович касается моего плеча и несколько раз окликает, никак не помогает.

— Куратор занимается организацией выставок, — наконец выдавливаю я и вновь замолкаю, хватая открытым ртом воздух.

Нет, мне не кажется. Карма настигла меня. В первый ряд гостей выходит Красинский-младший.

В элегантном черном костюме, с таким же, как и прежде, слегка надменным выражением лица. Он становится напротив и, не таясь, смотрит прямо на меня.

***— Иванка, пожалуйста, повнимательнее. Ты что-то несобранная какая-то сегодня, — отчитывает меня Владимир Иванович, деликатно подталкивая в сторону коридора. — Иди проветрись и водички попей, чуть позже, когда гости по залам нагуляются, будем с ними общаться.

— Хорошо, — виновато соглашаюсь.

Вступительная часть подошла к концу и, развернувшись на каблуках, я отчаянно спешу к выходу из центрального зала галереи.

Мне с этой работой очень сильно повезло, она нужна мне как воздух. Не время думать о всяких глупостях.

Я ныряю в толпу людей и, пробираясь сквозь расхаживающих по галерее гостей, спешу к туалету. Мне надо остаться одной и успокоиться. Я знала, что однажды мы встретимся. Нужно просто принять факт его существования. Не знаю, как он оказался здесь. Возможно, Каругов пригласил Красинских. Это не имеет большого значения. Все давно в прошлом.

В туалет я не иду.