Выдох, выдох, выдох…

Вдох — будет последним в этой жизни.

Вы… дох.

Выдыхать больше было нечего. Я забилась…

Вдох.

Песок забил горло.

Вдо…х…х…х.

…

…в следующей жизни, Великий… будь милостив к роду Бла…

Глава 25. Гнев Да-арханов. Часть 1

Благодарность

Моей маме, за привитую любовь к животным и сусликам)

И — Назами Эдано. Пусть этот год в армии будет одним из лучших в твоей жизни. Надеюсь, в следующем июле смогу сказать, что знакома с лучшим кинологом в своей части.

Если ты читаешь эту главу в поезде — “Файтинг, бро! Только вперед!”

Пригород Хали-бада, дом Лидсов

— Закери! Мальчик мой! Закери!

Малыш, крепко спавший ещё пять мгновений назад, кричал во сне.

Легкое покрывало, которое она вышивала для сына своими руками, сбилось, упав на пол. Светляк под потолком дрожал, колыхаясь вместе с порывами ветра.

Идет — Буря.

Мистрис Лидс укачала сына, поцеловав в лоб, и нахмурилась — дома в пригороде были простыми, защита тоже, сколько раз она говорила мистеру Лидсу, что было бы безопаснее жить в городе под защитой кольцевых стен, но им приходилось откладывать каждый империал.

Обучение в Академии будет стоить дорого."

"Желтый фонарь на улице качнулся и потух. Мистрис плотно задернула шторы и лично наложила на спальню ребенка ещё пару комплектов защитных плетений. Муж будет ругаться, что она слишком опекает, но… у нее только один — сын.

Сигнальные артефакты взвыли разом. Сначала где-то далеко — рокот прокатывался по пустыне, угасая, и заходился в тревоге снова. Затем — она неосознанно осенила себя знаменьем Мары, повернувшись к выходу — взвыли артефакты Хали-бада.

Прорыв! Идут шекки! И они достигли линии сигнальных вышек!

— Немес, ашес! — этого им ещё не хватало! А ведь она говорила — нужно переезжать в город! Говорила!

В коридоре она столкнулась с всклокоченным со сна мужем, который спешно натягивал ханьфу, не попадая в рукава.

— Проверю защиту и артефакты, брошу Вестник центурию…

Она кивнула.

В личной спальне было сумрачно и тихо. Одинокий огонек перед домашним алтарем Немеса чадил едва-едва.

Задернуть шторы, проверить контур, усилить плетения.

Руки дрожали — сигнальные артефакты не смолкали уже пять мгновений, надсадно выли, смешиваясь с порывами ветра — и поэтому свечи она зажгла не сразу.

Одну — Немесу, чтобы охранил дом, вторую — за мужа, третью — за сына, четвертую — за род, чтобы дали благословение потомкам своим, пятую — на удачу. Шестую…

Шестую свечу мистрис Лидс мяла в руках, вспоминая белокожую северянку. Госпожу, давшую слово, обещавшую лучшую жизнь и переезд на Север. Она молилась Немесу, чтобы ниспослал их семье шанс на лучшую жизнь, немного удачи, чтобы изменить судьбу, и Немес — внял молитвам.