– А что будете делать вы?

– Это не важно.

– Нет, важно.

Она почувствовала, что вскипает от гнева.

– А как, по-твоему, я теперь распоряжусь этими моделями? Ты думаешь, я смогу их использовать? Каким образом, черт возьми? Тебе не приходило в голову, что это вызовет подозрения? После того, что ты сделал, мне нельзя к ним даже прикасаться! И не смей говорить, что ты сделал это ради меня! Я тебя ни о чем не просила!

Он произнес жалобным голосом:

– Наверняка никто не сможет связать это убийство с вами.

– Не сможет? Да ты, как видно, не только сумасшедший, но еще и дурак! Я там была, понимаешь? Полиция захочет меня допросить.

Сотрудники фирмы Нино заметят пропажу моделей!

– Но там были сотни моделей. Я взял не так много.

– Как ты не понимаешь?! – закричала София. – Ты лишил меня возможности использовать хотя бы одну из них!

Он дал ей знак говорить потише, и она бессильно сжала кулаки.

– Я могла бы их купить, понимаешь? Я могла бы приобрести их законным путем.

Он сел на край кровати, опустив голову на руки. Ей хотелось ударить его, дать пощечину, пнуть ногой. Еще никогда в жизни она не испытывала такой лютой ненависти к человеческому существу.

– Мне надо было сразу пойти в полицию и заявить на тебя… Отдать им эскизы, и пусть они с тобой разбираются, недоумок!

София ходила по комнате. Ее гнев несколько смягчил ужас ситуации. Могла ли она его выдать, даже если бы и хотела? Заявить на него в полицию – значит подставить их всех: Терезу, Розу… Грациеллу. Нет, это приведет лишь к новым неприятностям… Чем больше она обдумывала все факты, тем холоднее становилась ее ярость. Наконец она встала перед Лукой и дернула его за волосы, заставив поднять голову и посмотреть ей в глаза.

– Как только Барзини нам заплатит, ты уберешься из нашей жизни, иначе, клянусь богом, я все расскажу полиции!

Это была бессильная угроза. София знала, что ничего не сможет сделать: у нее связаны руки.

– Ты унижалась перед ним, умоляла его, а он смеялся тебе в лицо! Он заставил тебя блевать на улице, он водил тебя за нос, сделав из тебя полную дуру… Зато теперь… Теперь все по-другому.

Она отступила назад. Лицо его было бесстрастным, голос спокойным, но голубые глаза сверкали огнем.

– Почувствуй свою власть, София.

Ты взяла и уничтожила его – запросто, вот так! – Он прищелкнул пальцами. – Я могу сделать это для тебя еще раз, когда пожелаешь. Никто не посмеет тебя обижать! У тебя будет все, что ты захочешь.

Он шагнул ближе, и София отошла к двери, а выйти не смогла – дверь была заперта. В досаде она обернулась к Луке, и он вдруг прижал ее к себе. Она попыталась вырваться, вцепиться ногтями в его лицо, но он заломил ей руку за спину.

– Я все тебе дам, София.

Она перестала сопротивляться и расслабилась.