Нельзя исключать, что седой monsieur décoré знает его в лицо…

Он рассчитал все точно: с занятым видом прошел в двух шагах от седого как раз в тот миг, когда незнакомец говорил извозчику:

– «Гранд-отель»…

У самого входа Сабинин словно в задумчивости умерил шаг, неспешно достал часы, долго открывал крышку… Лишь убедившись, что экипаж седого отъехал и никто за ним не последовал, развернулся, подошел к ближайшему извозчику, уселся.

– В «Гранд-отель», и побыстрее! Плачу вдвойне!

На место он прибыл минутами пятью ранее Лобришона – в чем, пожалуй, переусердствовал. Хорошо еще, что неподалеку оказалось одно из многочисленных кафе, где он успел выпить у стойки еще чашку крепкого кофе, прежде чем к отелю подкатил экипаж с господином из Льежа.

Положив на стойку монету, Сабинин пересек улицу и вошел в вестибюль как раз в тот самый момент, когда господин из Льежа, получив у портье ключ с темной деревянной грушей, направился к лестнице на второй этаж.

Остановился у лакированной стойки прямо напротив портье и, не давая тому опомниться, напористо, развязно произнес:

– Черт побери, вот уж кого не ожидал здесь увидеть! – и кивнул в сторону скрывавшегося за поворотом лестничного марша Лобришона.

 – Это ведь старина Лобришон, адвокат!

Он говорил по-французски, и портье, щеголявший в густых бакенбардах а-ля Франц-Иосиф, ответил на том же языке:

– Боюсь, вы ошиблись, мсье.

– Да быть такого не может! – воскликнул Сабинин. – Это вылитый Лобришон, мне ли его не знать!

– Вы все же ошибаетесь, мсье, – сказал портье. – Господин из восемнадцатого номера – майор Хаддок из Лондона. Майор у нас останавливается второй раз в этом месяце, так что я никак не могу перепутать.

– Надо же, а мне показалось, что это вылитый Шарль Лобришон, – обескураженно поведал Сабинин. – До чего похож…

Следовало поторопиться: судя по физиономии вышколенного портье, тот вот-вот должен был прийти к вполне естественной в этой ситуации мысли: «А собственно, что нужно этому типу в пенсне? Что это он тут толчется и выспрашивает?»"

"Спеша придать мыслям привратника другое направление, Сабинин небрежно, спокойно произнес:

– Ну, если я ошибся, бог с ним… В конце концов, я не за тем к вам пришел, чтобы искать моего друга Лобришона и изумляться сходству с ним этого вашего майора… Видите ли, любезный, через три дня в Лёвенбург приезжает моя тетушка.

Та квартирка, что я здесь снимаю, никак не годится, да к тому же мне, откровенно говоря, и не хотелось бы, чтобы тетушка навещала приют одинокого студента… Я чувствовал бы себя стесненно, ибо студенческая обитель и почтенная дама самых строгих правил – вещи не вполне совместимые…

– Я понимаю, мсье, – заверил портье.

– Рад, что мы так быстро нашли общий язык, – обрадовался Сабинин.